– Пойдем в мастерскую, Астари.
Несмотря на то, что в связи с последними событиями я уже несколько дней немного забросила свои обязанности, я не думала, что Руну сейчас нужна моя какая-то помощь.
Мы расположились в рабочем кабинете Руна.
– Скажи мне, Аста, а ты и правда любишь Рона? – спросил черноглазый. Голос его был полон скептицизма.
– Правда, – твердо ответила я, даже не пытаясь отвести взгляд.
Парень хмыкнул и покачал головой. Не верит?
– Да ну? Может быть, ты всего лишь посчитала Рона перспективным вариантом? Красив, богат, знатен…
– Ну знаешь ли… – прошипела я. – Еще скажи, что я приворожила его.
– Может быть, – произнес он, задумчиво стуча пальцем по губе.
От возмущения я не знала, что и сказать.
– Ты же маг, вот и проверь это, – нашлась с ответом я.
– Обязательно, – серьезно кивнул парень.
– Скажи мне, Рунгвальд, – в тон ему произнесла я, – уж не по себе ли ты судишь? Рини красива, знатна. За нее будет отдано хорошее приданое, да еще и тепленькое местечко зятя наместника… Об этом многие мечтают.
Я и сама не верила в то, что сказала. Рун спровоцировал меня, и я даже пожалела о столь обидных словах, но их же уже не вернешь.
Парень вскочил со своего места. Он побагровел, сжал кулаки, прищурил глаза. Желваки его нервно дергались. Несколько секунд он как будто пытался прожечь меня взглядом. А я спокойно наблюдала за ним. Только на всякий случай отодвинулась подальше.
– Да как ты смеешь!? – взревел он.
Я тут же вставила:
– А ты?
Рун вернулся в кресло. И хорошо. Чем дальше будет находиться, тем меньше шансов, что прибьет меня.
– Что для тебя любовь? – вдруг спросила я. Опять слова вылетели раньше, чем я их обдумала.
Да и Руна мой вопрос удивил. А мне просто стало любопытно, что же он вкладывает в это слово? Что ему дает право или основание сомневаться в моих чувствах к Рону? Может, это потому, что у нас разные представления об этом понятии?
Он растерянно посмотрел на меня, на несколько секунд задумался и ответил:
– Любить – это желать человеку счастья. Всегда, во всем. И ставить его счастье превыше своего.
Рун говорил серьезно, убежденно.
Пожалуй, он прав. Вот только… Такой любовью я однозначно люблю родителей, брата или Рини. А способна ли я отказаться от своего счастья ради Рона? Что, если он действительно когда-нибудь придет и скажет, что хочет детей как можно скорее, а я к тому времени так и не смогу излечиться? Отпущу ли я его? Сама себя загнала в ловушку…
– Ну а ты что ответишь на свой же вопрос? – вывел меня из раздумий Рун.
– Мне нечего добавить. Ты прав, – ответила я.
– И именно такие чувства у тебя вызывает Ронольв? – не унимался парень.