Вообще-то он много с чем мирился и со всеми был очень мил – даже в лондонском высшем обществе заметили это. Все говорили о том, что герцог Монкрифф повсюду появлялся с молодой супругой, был очень внимательным к ней и приветлив с ее подругами. Али невольно усмехнулась. Интересно, что эти люди сказали бы, узнай они, что муж по-настоящему ее не любил.
В этот момент в лавке появился Андре.
– Чему ты так радуешься? – спросил он, обнимая ее за талию.
– Просто так. – Она прильнула к нему. – Рада, что ты пришел.
– Да? – Андре совершенно непристойным образом сжал ее ягодицы – хорошо хоть, что додумался загородиться от чужих взглядов. – Вот и отлично! Поехали домой, и я тебя еще больше порадую.
– Андре, иногда я удивляюсь тебе. – Она с улыбкой отстранилась.
– А я иногда удивляюсь тебе, дорогая, – ответил муж. И вдруг замер – в этот момент звякнул дверной колокольчик.
Али заволновалась, увидев грозное выражение на лице мужа. Она медленно обернулась – и увидела расплывшуюся фигуру миссис Херрингер, протиснувшуюся в дверь лавки. Али прижала ладонь к губам, чтобы не вскрикнуть. И на нее обрушились ужасные воспоминания. Вот миссис Херрингер дергает ее за руку… Вот обзывает ее самыми последними словами… А вот смотрит на нее с невыразимым презрением…
Али сделалось дурно, и она тихо застонала.
Обняв жену за плечи, герцог развернул ее в другую сторону и подвел к стулу.
– Посиди здесь, – прошептал он. – И не смотри туда. Сейчас я сделаю все, что нужно.
Али подчинилась, но все же украдкой наблюдала за Андре. А тот уже подошел к прилавку, где стояла кошмарная миссис Херрингер, указывавшая пальцем на образцы тканей.
Андре же поморщился и воскликнул:
– Отвратительно! Просто невероятно! Терпеть не могу, когда жалкое ничтожество выдает себя за что-то более или менее приличное!
Миссис Херрингер в негодовании обернулась.
– Вы это мне, сэр? О!.. – Она выпучила глаза. – О боже! Ваша светлость!.. Какой счастливый случай!..
– Неужели? Хм… А я-то думал, что уже больше никогда не увижу вас, миссис Херрингер.
– Но почему? – удивилась она. – Ведь всем известно, что вы вернулись и женились. Примите мои поздравления.
Андре едва заметно улыбнулся.
– Благодарю, – кивнул он.
А миссис Херрингер, приободрившись, заявила:
– Все с такой любовью говорят о вашей дорогой герцогине, ваша светлость.
– Правда? Ну… наверное, это потому, что мою жену охотно принимают в обществе. Кроме того, она очень хороша собой.
– Да-да, естественно, – проворковала миссис Херрингер. – Все говорят, что она необыкновенно хороша.
– Но интересно, – в задумчивости проговорил Андре, – что бы эти «все» сказали, если бы я женился на турецкой проститутке?