Девушки: Лиззи, Ронделла и Кэт, были просто счастливы, когда все, наконец разложили по местам и оформили доставку в академию. Потом немного побледнев, всунули мне желтоватую бумажку с печатями. Мельком глянув на сумму и ничего не поняв, но запомнив, что мое добро стоит сто двадцать девять золотых, протянула документ спящему Вернеру.
Стоило едва приблизиться к нему, как он тут же открыл глаза. Выхватив листок у меня из рук, он не глядя сунул его куда-то за пазуху, видимо там было укромное местечко.
— Передам Магистру, в Орден. Это все?
— А что еще надо? — спросила я на улицу и вдыхая свежий запах осенней улицы. К нему ненавязчиво примешался тонкий аромат какой-то выпечки, на что сразу отреагировал и желудок, напомнив, что я его сегодня обошла с завтраком.
— Лягушачьи лапки, крысиные хвосты? Может быть, метла? — принялась перечислять я все, что знала о магических атрибутах.
— Что за пакость? — уязвленно буркнул Вернер, целенаправленно куда-то держа путь, — впрочем, это совсем не важно. Все, что тебе может понадобиться, предоставит академия.
О, мы снова на «ты»! Видимо, я успела ему надоесть за прошедшие пару часов, раз он снова забыл о дистанции.
— Хорошо, — легко согласилась я, скача за ним чуть ли не в припрыжку, — скажите только, зачем ваш Магистр сообщил ректору, будто удочерил меня? К чему весь этот цирк?
— Об этом я и хочу поговорить, заходите.
Мы остановились у какого-то неприятного заведения с сильно облупившейся зеленой краской. Но зайдя внутрь, я оказалась совершенно в другой атмосфере.
Как-то давно, будучи студенткой первого медицинского колледжа, мне с подругой захотелось острых ощущений. Тщательно взвесив все «за» и «против», мы после принятия расслабляющего шипучего лекарства, отправились в библиотеку. Так назывался бар-клуб байкеров недалеко у метро Юго-Западная. Он скрывался в сталинской пятиэтажке с толстыми стенами, за маленькой старой дверкой с самой походящей табличкой «Библиотека», абонемент только для лиц старше восемнадцати лет. Так вот, здесь было так же, с виду неприметная дверка, а внутри разношерстный народ в разной степени алкогольного опьянения.
Видимо Вернер хотел, чтобы я смутилась или лучше того, выбежала на улицу, где устроила ему слезный скандал, как он, благородный человек, мог притащить девицу в такой гадюшник. Только я знала, что чаще всего именно в таких местах и встречаются самые адекватные люди, которые первыми придут тебе на помощь и не попросят за этого ничего, кроме обычного человеческого «спасибо».
С любопытством оглядевшись, я нашла у бара свободное местечко и с ходу плюхнулась на высокий стул с мягким круглым сидением. Тут же подскочила резвая молоденькая девчонка с круглыми карими глазами и пухлым, весело улыбающимся ртом. Я уже не удивилась, что к такой ангельской внешности была добавлена своеобразная перчинка: в копне белокурых волос кокетливо проглядывались чуть закругленные рожки. Вместо приветствия, у меня вырвалось: