— Не уверена, что мы о таком договаривались, — сказала я. — Не было никаких обещаний.
Рука Питера продолжала гладить мою спину, уже доходя до ягодиц.
— Вы, ребята, сексом собрались заняться, — сказал Манчи. — Везучие ублюдки.
— Заткнись, Манчи, — сказал Джеф.
— Но ведь они собрались. Только посмотри на них! Посмотри на их хитрые взгляды. Они уже давно готовы, горячи и возбуждены.
Питер улыбнулся. Это была улыбка, понятная лишь ему и Манчи. Не люблю такое.
— Не стоит считать невылупившихся кур, — сказала я.
В этой фразе явно что-то было не так. Я попыталась исправиться, но не смогла вспомнить, как на самом деле нужно говорить.
Питер снова улыбнулся. Джеф немного приподнялся из воды.
— Нужно еще выпить, — сказал он.
— И покурить, — добавил Манчи.
Питер поднялся и потянулся за моей рукой.
У него была эрекция. Он прижал свое достоинство поясом, но это ничего не изменило.
— Готова? — спросил он.
Я не была готова.
— Давай посидим еще немного, — сказала я.
Питер улыбнулся и снова попытался взять меня за руку.
— Ну же, — сказал он.
— Я хочу еще посидеть, — настояла я. — Просто садись рядом. Мы отлично проводим время.
Он повторил жест.
Именно в этот момент его ударила Эми.
Она сделала это настолько быстро и настолько решительно, что шокировала всех.
Лишь секунду назад она плескалась в теплой воде и шутила со щенками, как вдруг вмиг пересекла джакузи и вынырнула из воды, словно большая белая акула, пожирающая тюленя. Она ударила Питера прямо в грудь с такой силой, что он не устоял на ногах и плюхнулся на бортик джакузи.
— НЕ СЕЙЧАС — ЗНАЧИТ НЕ СЕЙЧАС, ТУПИЦА!
Казалось, она прокричала это во всю глотку. Даже когда она замолчала, ее голос все еще звучал эхом в просторном зале. Все вокруг — все до единого — замолчали.
— Ты видела, как мы выходили из бара? — спросила Эми. — Мы с Альфредом. Или я и Альфред? Нет, мы с Альфредом, правильно? Но ты его помнишь? Я закадрила его, такой парень с ужасными длинными пальцами.
— Конечно, я его помню, — сказала Констанция. — Хезер тоже помнит.
Я кивнула. Мы сидели за раскладным столиком на маленькой кухоньке в нашей гостинице. Констанция приготовила салат и макароны с сыром. Мы наконец завязали с алкоголем. Эми пила чай. Все мы были в пижамах. Меня мучило похмелье и чувство, что я полная дура. Передо мной стояла бутылка воды. Рассказ о Питере и «драке» в джакузи напомнил Эми об Альфреде из Амстердама. Она знала кое-что, чего раньше не говорила. Терапия пролила свет на некоторые вещи.
— Во всяком случае, — продолжила она, — мы пошли к нему домой или еще куда-то, остановились посреди пути, и он предложил мне брауни, который был у него с собой. Ну, и этот брауни напрочь меня вырубил. Я никогда в жизни не была настолько обдолбанной. Если прибавить к этому всю выпивку и марихуану… Меня просто убило.