В конце папки находилась подробная опись собственности подследственного. Именно это я и искал. Мои глаза пробежали по отпечатанным на машинке страницам. Рядом с большинством пунктов стояли пометки синим карандашом. Все совпадало. Цвет обозначал вещи в знакомом мне гнезде Квинтона. Если попадалось что-то неизвестное, я обращался за пояснениями к Залазару. Размеры, материал домов, окружающая их обстановка.
Наконец я закрыл папку, поблагодарил капитана и кивнул Иви.
Мы вернулись к нему в кабинет.
- Квинтон купил одно здание, - начал я. - Оно может оказаться тем, что мы ищем, и записано как склад металлических изделий.
- Ты думаешь...
- Товар должен быть где-то. Пожалуй, это моя последняя надежда, Стив.
- И ты, конечно, собираешься спокойно ворваться туда?
- Залазар так бы не поступил, - заметил я.
- Нет. Он пошел бы к судье и взял ордер на обыск.
- А Квинтон узнал бы обо всем по одному из оставшихся каналов связи, и в этом случае у него не осталось бы выбора. Сообщение о приближающемся полицейском с ордером на обыск разбило бы его вонючее сердце, и он спалил бы весь товар.
- Если он там есть, - пробормотал Иви.
- Мы можем проверить. Стив покачал головой.
- Не говори мне больше ничего, Эд.
- Отлично, - сказал я. - Только не отходи далеко от телефона.
Я остановил автомобиль за четыре дома от склада. Эта часть города представляла собой не очень живописную картину. Несколько маленьких зданий были нежилыми, занятыми под сварочную мастерскую и еще какие-то конторы. Неподалеку стоял полуразрушенный гараж. Пара каменных глыб возвышалась на месте, где недавно находились приговоренные к сносу ветхие строения. Склад тянулся на тридцать или сорок футов вдоль улицы. Под ярким полуденным солнцем здесь ощущалось мрачное дыхание минувших времен. Мостовая была выложена выщербленными плитами из размельченных ракушек. В дальнем конце через рощицу карликовых пальм проходил едва заметный шрам, обозначающий железнодорожную ветку, которая соединяла погрузочные платформы с сортировочной станцией. Сорная трава росла между гнилыми шпалами, большинство ржавых рельсов с которых было давно снято и отправлено на переплавку.
С момента моего прибытия сюда прошло около часа. Наконец я рискнул покинуть затененный дверной проем одного из необитаемых строений и быстро пересек улицу. В интересующем меня здании не было видно ни малейшего признака жизни. Оно стояло жалкое, бесполезное, позабытое. Окна забиты досками, знаки, запрещающие вход посторонним, висели ободранные и погнутые. Тяжелая ржавая цепь и мощный замок на двери надежно перекрывали доступ внутрь. Мои шаги прошуршали по молотым ракушкам. Стараясь оставаться незамеченным, я прошел к дальнему перекрестку и вдруг почувствовал легкое волнение. На боковой двери склада поблескивал новенький замок. На площадке позади здания были разбросаны каменные глыбы. Я подобрал ржавый металлический прут, приблизился к маленькому забитому окошку и просунул железяку под нижнюю доску. Раздался треск, скрип вылезающих из стены длинных гвоздей, и наконец доска упала. Окно приходилось на уровне плеча. Я просунул в открытое пространство голову, подтянулся и перевалил свое тело внутрь склада. Помещение тонуло в сумерках. Через щели в стенах и сквозь часть освобожденного от доски окна сюда проникали тонкие лучи солнечного света. Ударивший в ноздри запах был ужасен. Похоже, здесь когда-то хранили кожу, и вонь ее гниения до сих пор не выветрилась.