С момента начала операции прошло две недели. Генерал-полковнику больше не поступало никаких предупреждений, равно как и информации. Доклады от группы шли прекрасно, а вот Пётр становился всё загадочнее… Он что-то узнавал, однако информацией не делился. При этом, Герхард стал частым гостем у Виктора. Раз в два дня он заглядывал на кофе либо приглашал посидеть перекусить в какое-нибудь место. Рассказывал где он пропадал и чем занимался. Постепенно, возвращалось чувство покоя.
Хотя один вопрос не давал покоя… Кто устроил тогда беспорядок, забрал папку с уликами и разворотил кабинет. Это была загадка. Марина, которая на утро уже ничего не помнила, тоже непонятно. Пусть доктор и сказал что это посттравматическое, выходил какой-то бред. Из этих размышлений, его вырвал звонок. Он нажал кнопку связи и противный пот заструился одновременно с голосом, прозвучавшим из трубки.
— Привет, а ты всё никак не уймешься. Кончай даже думать о том, что тогда произошло. Это было второе китайское предупреждение. Третье предупреждение — ты не переживёшь, генералишко. Подумай над этим.
Телефон замолчал, но ненадолго. Через пару минут затишья, голос продолжил:
— Ах да, предлагаю тебе перевестись в соседнее ведомство. В крайнем случае — будет должность пониже. По-моему это лучше, чем в дерновое покрывало, на вечный покой. Впрочем, выбор за тобой. Ха-ха-ха-ха, что это я, решать то ведь мне. ХА-ХА-ХА-ХА.
Связь оборвалась, а Виктор сполз со своего креслаи сидел на полу. Шевелиться он уже не мог, в этот раз, его уже мутило от этого голоса. Спустя мгновение, он потерял сознание.
В себя он пришел уже в больнице, рядом с ним сидел Гриневский и Марина.
— И чего расселись как на похоронах? Живой я, живой — ничего не станет с таким как я.
— Виктор Федорович, я так испугалась, так испугалась… К вам вошел Василий, а вы бледный и всё твердите о каком-то «Юмористе»…