Он озвучил сумму.
— Это за сколько аэропланов? И каких?
Бронд принялся перечислять модели безразгонников. Называл и состояние каждой машины.
— Ещё можно будет собрать пару из имеющихся запчастей. Но вряд ли они вам понадобятся.
— Их тоже считай, — махнул рукой я. — Запчасти тоже понадобятся.
— А не разорится твой комендант? — усмехнулся Бронд, разливая остатки казёнки из первой бутылки.
— У него деньги казённые, — усмехнулся я. — Не жалко. Он может оказаться прижимистым, конечно, но, думаю, тут скупиться не станет. Перед войной денег не жалеют.
— Да, — кивнул Бронд. — Во время войны они часто теряют всякий смысл.
Мы принялись за вторую бутылку. И разговаривать на серьёзные темы уже не хотелось.
Жаться комендант не стал. Он, конечно, присвистнул, услышав озвученную мной цену за двенадцать готовых безразгонников и два разобранных. Однако тут же выписал мне денежное предписание к кастеляну Соловца. И даже отправился к нему со мной лично. Наверное, слишком хорошо знал породу подобных людей. Они относились к вверенным им денежным средствам, как к личным капиталам, и с каждой медяшкой расставались так, будто от сердца отрывали.
Вот и сейчас, увидев сумму, проставленную в денежном предписании, он округлил глаза. Поглядел на нас с комендантом, будто на двух сумасшедших. Приди я один, наверное, выгнал бы меня взашей, не смотря ни в какие бумаги. Но при коменданте ему пришлось сдерживать чувства.
— На какие цели вы намерены потратить эти деньги? — поинтересовался он.
— Вас, товарищ кастелян, — насмешливо-ласковым голосом произнёс комендант, — так сумма поразила, что вы дальше читать не стали, наверное. — Он даже не спрашивал. Он это просто утверждал. — Вы прочтите, уж будьте любезны.
— Закупка аэропланов в воздушный парк крепости, — послушно прочитал кастелян.
— Теперь вам всё понятно?
— Так точно, товарищ комендант, — выпалил кастелян.
— А теперь выдайте, пожалуйста, товарищу спецу деньги на закупку аэропланов, — улыбнулся ещё слаще комендант.
Кастелян, конечно, с большой неохотой, но всё-таки выдал мне указанную в предписании громадную сумму. Она помещалась в трёх больших мешках. Мы с комендантом взвалили их на плечи — и отправились к взлётной полосе, где стоял закреплённый за мной аэроплан.
— Теперь я в твоих руках, товарищ спец, — усмехнулся комендант, закидывая мешок в аэроплан. — Если улетишь с этими деньгами, я пойду под трибунал.
— Ворованное счастья не приносит, — пожал плечами я, сгружая следом свой мешок.
Аэроплан взлетел тяжело. Вес его порядком увеличился благодаря мешкам с деньгами. Сильно изменилось поведение в воздухе. Теперь «Молния» больше напоминала мою прежнюю «Ласточку». Приземляться в крепости Китобоев стало существенно легче. Пробежав только половину полосы, аэроплан встал намертво.