– С какой другой?
– К примеру, забить на все это.
– Серьезно? – рассмеялась Черная моя Королева.
– Вполне. Мы выяснили, что никто за вами не подглядывает, – это как минимум. Мы предполагаем, что это может быть программа, целью которой есть получение какой-то квалифицированной информации, возможно, данных с ваших платежных карт или интернет-банкинга. Вы уже черт-те сколько работаете за моим ноутбуком. От наших изысканий – одни сплошные проблемы, разве нет? С другой стороны, даже если мы установим исходную точку входа, что это изменит? Особенно если учесть, что все эти проблемы можно решить путем переустановки системы. Зачем тратить время?
– Думаете, не стоит? А вдруг это повторится? – Она вытянула ноги и вдруг неожиданно для меня сбросила на пол свои великолепные бежевые туфли на шпильке. Перехватив мой удивленный взгляд, она скорчила грустную рожицу. – Ногу натерла. Даже сидеть больно. Все-таки как удобно, наверное, в ваших этих чеботах.
– Кроксах? – покраснела я, ибо в словах этих я словно увидела свое отражение, как в мутной воде илистого подмосковного озера. Две русалки на одном подоконнике, одна – в изящном, легком летнем платье бирюзового цвета – великолепном, но идеально отвечающем требованиям рабочего пространства, в бежевых туфельках на тонкой, похожей на спицы шпильке, с роскошной гривой блестящих черных волос. Вместо хвоста – длинные ноги, изящные ступни с яркими бордовыми капельками маникюра на пальчиках. Вторая русалка – в солнцезащитных очках, потому что солнечный свет для нее губителен, в поношенной футболке с покемоном, с растрепанными светлыми волосами, с большими наушниками вместо аксессуаров – потому что я люблю отделяться от мира и погружаться в саму себя, мне нравится подпевать в лифте под музыку. Вместо хвоста, как уже было сказано, чеботы.
– Наверное, вы стали программистом, чтобы иметь возможность ходить на работу в растянутом свитере и растоптанных кроксах, – предположила она.
– Ну, это был не основной, но немаловажный аргумент, – кивнула я. – Меня с детства пугали шпильки. Мне казалось, что, если с них упасть, можно сломать ногу. Или нос. Мой бойфренд называет их ходулями.
– У вас есть бойфренд? – спросила Королева, и на лице ее отразилось удивление. Я покраснела и отвернулась. Дернуло же меня за язык, объясняйся теперь. – И кто он? Давно ли вы вместе?
– Ну… не так уж и давно, – пробормотала я, решительно не зная, как теперь выкручиваться. Определенно лучше было бы, если бы я во всем призналась. Да, я отрекомендовала Игоря как плохого специалиста. Но ведь возможно же, что я так считаю и в самом деле? Может быть он плохим специалистом, но хорошим любовником? Ага, так и скажи об этом своей начальнице, пусть она посмеется.