Беседовали два мужчины, и одним из них точно был Ильмандирр. Казалось, что второй голос что-то втолковывает моему рикону, а он не соглашается. Через пару мгновений поняла, что любимый начинает сердиться. Пожалуй, стоит подойти к нему, и не дать разговору перерасти в ссору.
На самой окраине рощи, буквально в двух шагах от её последнего деревца, мерцала разноцветная пелена. Граница питомника. Да, именно о ней рассказывала мать Инди, но видела её впервые. Захотелось тут же не только посмотреть, но и потрогать. Ну, ничего же такого не произойдёт?! Даже про мужской спор забыла, во как ручонки зачесались от нетерпения.
— Наташа! Нет!
Ну, вот! Уже почти коснувшись пелены, была дёрнута назад и прижата к широкой груди.
— Твоя пара очень любопытная, — усмехнулись на той стороне преграды.
Красивый такой рикон, синеглазый блондин с удивительной улыбкой, определённо хорошо сознающий свою привлекательность. Но… был в нём один недостаток — он был не моим риконом. И слава богам!
Мой пристальный взгляд развеселил незнакомца, а вот Ильмандирра заставил недовольно огрызнуться. Не на меня. На улыбающегося рикона.
— Шёл бы ты, Тиллни, к себе.
— Может всё же познакомишь со своей красавицей? Нет?
— Тил, отвали! Придёт время, познакомлю, а сейчас нам пора.
Ильмандирр быстренько подхватил меня на руки и, не обращая внимания на оставшегося позади знакомца, попёр в сторону нашей стоянки. Меня же глупую одолели вопросы. Ну, честно, я не специально, просто любопытство одолело…
— А это кто был? А вы давно знакомы? А чего он хотел? А это наш сосед?
Чем больше задавала вопросов, тем мрачнее становился рикон.
— Ты не думай, он мне ни капельки не понравился, — поспешила успокоить ревнивца. — Просто я же мало кого из вас… нас, риконов, видела…
— Достаточно меня, — буркнул Ильмандирр. — Ну, или хотя бы общайся с отцом и дедами. Остальные риконы от нас ничем не отличаются.
Помолчал, оглянулся и совсем тихо добавил:
— И принесла нелёгкая придурка…
Я уткнулась в плечо любимого и захихикала.
— Смешно тебе?! — возмутился он, ухватил меня поудобнее, так, что я словно маленькая сидела на нём, через пару шагов остановился, прижал всё ещё хихикающую меня к ближайшему дереву.
Поцелуй был сладкий-сладкий, такой, что я не сразу пришла в себя.
— Вот, — довольно сказал Ильмандирр, — думай только обо мне.
— Инди, но ты же понимаешь, что мне когда-нибудь придётся общаться с другими…
— «Когда-нибудь» — очень правильное слово. А пока пусть даже не приближаются…
— Инди, — решила отвлечь любимого от неприятной ему темы, — а я кушать хочу.