– Ты мне что-нибудь привез? Он улыбнулся, взял кейс у одного из своих людей и открыл:
– Силу, которая изменит мир, – сказал он и вытащил шар из голубого металла. Она посмотрела на него с осторожным восторгом.
– Не бойся, – сказал Ренар. – Это безопасно. Коснись своей судьбы.
Она провела по металлу пальцем.
– Теплый, – сказала она с оттенком удивления.
– В самом деле? – По его лицу прошло темное облако, полуулыбка исчезла. После минутной неловкости он сказал: – Его надо будет отдать ребятам. Они из него сделают стержень.
– И я для тебя кое-что привезла, – сказала Электра, стараясь не усугублять его скрытую досаду. – Помнишь, я говорила, что у меня для тебя сюрприз?
Она открыла тяжелую дверь и провела Ренара по коридору в маленькую комнату. Она вся была заставлена античной керамикой, статуями и предметами искусства – вся, кроме отгороженного решеткой угла, где находилась несломленная М.
– Подарок для тебя, – сказала Электра. – Любезность покойного мистера Бонда.
Ренар шагнул вперед и вгляделся сквозь решетку в женщину, с виду усталую и изможденную, но в остальном – в хорошем состоянии.
– Ну-ну. Мой палач, – сказал он.
– Боюсь, что это преувеличение, – ответила М. – Но мои люди закончат эту работу.
– Ваши люди? – спросила Электра. – Ваши люди бросят вас тут гнить – как вы бросили меня. Вы и мой отец... который считал, что моя жизнь не стоит той суммы, которую он просаживал в казино за одну ночь.
– Твой отец был...
– Мой отец был ничтожество! – заявила Электра с незнакомой визгливой ноткой в голосе. М. заметила, что Электра явно перешла грань. Теперь, когда маска была сброшена, было видно, что бедная девочка потеряла всякую связь с реальностью.
– Империя моего отца была украдена у моей матери! – сказала она. – Империя, которую я вернула себе по праву.
С этими словами она повернулась и вышла. Ренар остался с М. наедине.
– Надеюсь, вы гордитесь тем, что с ней сделали, – сказала М.
– Боюсь, что это ваша заслуга. – Он снова попытался улыбнуться, и в тусклом свете комнаты его лицо стало уродливой маской из комедии "дель арте". – Когда я ее захватил, она была... сама надежда. А вы оставили ее на милость такого человека, как я. Три недели – долгий срок. Ее отец вполне мог заплатить выкуп, и она осталась бы... неиспорченной. Это вы ее сломали. Ради чего? Чтобы добраться до меня? Она стоила пятидесяти таких, как я.
– Единственный пункт, в котором я с вами согласна.
Глаза М. смотрели сталью. Он покачал головой, удивляясь ее отваге.
– Да. А сейчас у нас одна судьба. Он достал из кармана портативный будильник, посмотрел на наручные часы и поставил по ним время.