— Слушай, Дональд, — сказала Берта, — не надо так.
— Как так?
— Что ты сходишь с ума?
— Схожу с ума! Да я уже вконец свихнулся.
— Ладно, Дональд, не капризничай. Я тебя искала по конкретному делу, и у меня лопнуло терпение, когда никто не отвечал по твоему телефону.
— Видишь, Элси показывает мне новую классификацию информации.
— Представляешь, черт побери, положение, когда у меня клиент, я хочу познакомить его с моим партнером, а по телефону никто не отвечает? Ни секретарь, ни партнер, никто! И я бегу вас разыскивать. Клиент — злой как черт сидит в кабинете, а вы тут, в кладовке, крутите любовь.
— Не крутим мы никакую любовь! — психанул я.
— Вполне могли бы, — спокойно продолжала Берта, — насколько я вас знаю. Вы так глядите друг на дружку…
— Заткнись, — оборвал я, — если у тебя в кабинете сидит нетерпеливый клиент, давай лучше займемся его делом. А если хочешь высказаться о наших личных отношениях, можешь изложить свое мнение в письменном виде и…
— Ладно, ладно, — раздраженно остановила меня Берта. — Хватит… Элси, закрывай чертову кладовку. Дональд, пошли к клиенту. У него для нас работа. Вполне приличное дельце.
Берта повернулась и вразвалку двинулась по коридору — сто шестьдесят пять фунтов бульдожьего упорства, неконтролируемого темперамента, ненасытной алчности и тонкой наблюдательности — довольно взрывоопасное сочетание, несколько смягчаемое преданностью делу, в особенности когда пахнет зелененькими.
При таком ее характере наше партнерство, возможно, давно бы уже развалилось, если бы не было таким выгодным. Самым убедительным аргументом в жизни Берты был счет в банке, и каждый раз, когда наше партнерство оказывалось под угрозой, Берте удавалось обуздать свой невыносимый нрав.
Подождав, пока я ее догоню, Берта снова заговорила:
— Это страховая компания. Они уже некоторое время присматриваются к нам. Солидный бизнес с хорошими деньгами, Дональд, не то что твои дикие импровизации.
— Делали деньги и на моих импровизациях, — напомнил я. — И неплохие деньги.
— Порой чересчур много, — возразила Берта. — Это меня пугает. Слишком большой риск. Дело, которое предлагает Хоули, только начало.
— Ладно, — сказал я. — Кто такой Хоули?
Берта задержалась у двери приемной и, прежде чем повернуть ручку, быстро ввела меня в курс дела.
— Ламонт Хоули, — сообщила она, — возглавляет отдел возмещения убытков в страховой компании «Консолидейтед интериншуранс». Он тебе все расскажет. Послушай, Дональд, будь с ним полюбезнее. Это именно то, что нам нужно.
— Что мы имеем? — спросил я.
— Сотню в день и оплату расходов, гарантия — как минимум на десять дней. Можем привлечь любых агентов.