Застолье в застой (Коротич) - страница 35

Ничего не поделаешь, революционные идеи время от времени возникают в шальных мозгах, но, слава богу, не все из них приживаются. И все-таки современный быт стандартизирует жизнь, разобщая живущих. Происходит это постепенно, обычаи начинают меняться исподволь, но уже с начала XIX века ревнители славянских традиций отмечали, что старым обычаям следуют немногие: «Даже расположение дома в городе стало новомодным — своя половина у жены, своя у мужа, каждый принимает своих гостей. В разное время утром пьют чай и кофе…» Что говорить, если и поместное дворянство, то есть люди, проводящие большую часть года в своих деревушках, уходило от традиции. Помните, как Татьяна с Ольгой неспешно начинали день в имении пушкинских Лариных?

Уж ей Филипьевна седая Приносит на подносе чай. «Пора, дитя мое, вставай…»

Обычай выпивать первую чашку чая или кофе в постели стал почти что признаком благополучия. В сановных семьях, как и в старину, завтракали не очень обильно — жизнь там никогда не была связана с большим физическим напряжением, можно было и отложить главный прием пищи. А первая утренняя чашка кофе-чая, выпиваемая в постели, породила даже специальную сервировку, столики на коротких ножках, которые ставятся на одеяло поверх живота. Благодать! Почти как в современном анекдоте: «Вам кофе в постель?» — «Нет, в чашку…»

То, о чем вспоминает Е. Сабанеева, описывая быт в имении начала XIX века, все больше становилось милой подробностью жизни, а не самой жизнью: «Марья Петровна была отличная хозяйка. Ни у кого не пекли такого вкусного печенья к чаю, как у нее; что за вкусные булочки и заварные крендельки, и как нарядно и опрятно лежали эти булочки и крендельки на большом подносе, когда экономка Наталья, с ее степенным лицом, ставила этот поднос в столовой на стол каждое утро перед барыней, которая сама разливала чай. Семья собиралась вокруг стола, и было столько гармонии и патриархальной простоты в этом доме…»

Но погодите… Традиций сложилось немало, зачастую они не похожи, но ревнителей такого разнообразия все равно очень много. С одним из вариантов этой истины мне довелось недавно встретиться в пристанционном магазинчике неподалеку от моей дачи. Рано утром я попросил юную продавщицу отпустить мне стаканчик сливочного мороженого. «Маша! — крикнула продавщица себе за спину в подсобку. — Вынеси мужчине стаканчик!» Через минуту появилась эта самая Маша в белом халате, неся в руке граненый стакан с водкой и несказанно удивившись оттого, что мне с утра могло понадобиться что-то иное. Ничуть не застеснявшись, она сказала назидательно: «А у нас мужчины по утрам поправляются вот этим на завтрак…», как бы вынося меня за пределы сплоченных рядов местного мужского населения. Я смирился бы и занес эту ситуацию в память как анекдотическую, если б рядом по перрону не гуляли в ожидании электрички юные и не очень юные существа обоего пола, сжимая в потных ладошках пивные бутылки и сладострастно отхлебывая из них. А на перроне к их услугам был, кроме прочих, и книжный киоск, где торговали в основном детективами, которые хорошо расходились. Несколько детективов я купил, прочел, и они с закладками лежат на моем столе, как материал для рассуждений о тяжелой писательской доле. Я вам тоже советую почитать ширпотребную литературу, которую сочиняют не очень талантливые (это уж ладно — где их, талантливых, взять) и не очень сытые (а вот это и вправду достойно сожаления) писатели. Я сужу об авторах по тем сведениям, которые они предоставляют мне о своих героях. Поскольку в детективах среди героев непременно случаются люди очень богатые (кого же тогда грабить?), их образ жизни описывается мечтательно и вкусно. Завтракают богатые герои непременно осетриной на вертеле, омарами или жареными цыплятами, приготовленными особым образом, с немыслимыми африканскими приправами. И еще богатые герои непременно за завтраком пьют. Ах, чего они только не хлещут с утречка: текилу и разные сорта вермута, портвейн и виски, а самые патриотичные не отказываются от пива с водочкой тоже. Собственно, о писательской бескормице я рискую судить по яркости кулинарных видений, приходящих к мастерам пера, и по их полному незнанию того, чем могут питаться богатые люди, имеющие возможность заботиться о своем здоровье. Только что я отложил в сторону выпущенный в петербургском издательстве детектив, пометив там страницу, где герой приходит в гости к богатому «папику», как раз готовящемуся позавтракать: «Папик» показал головой в сторону бара. Охранник подошел к нему, вытащил бутылку «Абсолюта»… Затем последовали ликер и упаковка пива «Туборг». Вот это как раз то, что мне сейчас и надо…» Для меня такой текст, кроме прочего, в тысячный раз иллюстрирует старую истину, что мечтать куда интереснее, чем жить в кругу осуществленных мечтаний. Я знаю нескольких человек, которые завтракают водкой с пивом, но почему-то они не богаты. Даже наоборот. Но «красиво жить», а также мечтать о красивой жизни, устроенной по собственным представлениям, в условиях демократического общества запретить нельзя.