Ева (Перес-Реверте) - страница 141

Сделав такой вывод, не доставивший ему особой отрады, Фалько направился к двери, открыл ее и вышел на площадку. Он продолжал напряженно осмысливать ситуацию и, наверно, поэтому допустил небрежность. Совершил ошибку.

Потому что в следующую минуту на него напали.


Их двое, понял Фалько, получив первый удар. И они собираются не убить его, а взять живым. Или, по крайней мере, попытаться. Это можно было счесть первой удачей, сколь незавидно ни было его положение в целом. А второй – то, что, получив первый удар и инстинктивно предчувствуя следующий, он с отчаянным проворством отпрянул, оступился и, потеряв равновесие, покатился по ступеням. Теперь его и нападавших разделяло метра три: достаточно, чтобы он – помятый и кривящийся от боли, потому что ушибся довольно сильно, но высвободившийся и готовый к схватке – разглядел на площадке нависавшие над ним фигуры.

Один показался ему похожим на мавра, другой был европейцем. Такой вот парный конферанс.

Подоспевшего первым мавра – здоровенного, с черными курчавыми волосами – Фалько встретил таким грамотным ударом в солнечное сплетение, что тот – боксер, судя по расплющенному носу и телосложению, – в иных обстоятельствах наверняка бы оценил. Но сейчас лишь утробно всхлипнул, остановился и осел на пол, словно у него разом иссякли воздух и силы. Фалько полез было за пистолетом, но не успел – второй с удивительным проворством обогнул напарника и кинулся вперед.

Этот был светловолосый, долговязый и тонкий, но крепкий. Хорошо тренированный и до краев налитый злобой. Почти на голову выше Фалько, с длинными руками. Он умело пустил в ход кулаки, так врезав Фалько с правой, что того отбросило к стене. Ему показалось, что удар встряхнул мозги в черепной коробке, а сама она загудела, как кожа на барабане. Кроме того, после падения с лестницы онемели ноги. Неважные дела, подумал он.

Еще одну такую навесит – уложит, пронеслось в голове. Выведет из боя.

Фалько ничего не оставалось, как обхватить долговязого и попытаться ударить коленом в пах. Он чувствовал, как пахнет от одежды табаком и нафталином, слышал у самого уха частое прерывистое дыхание, ощущал, как сильные руки подбираются к горлу. Эта тварь дело свое знает, подумал он.

Нет, свернуть себе шею я не дам.

Прижавшись спиной к стене, он снова и снова пробовал нанести удар коленом. Раз, другой и третий. Но противник ловко уворачивался. Краем глаза Фалько заметил, что мавр поднимается на ноги, и понял, что если сейчас не справится с белым, его песня спета.

Бац.

На этот раз удар попал в цель, и это придало Фалько и силы, и ожесточения.