Ему, как выяснилось, не понравилось открытое вмешательство в ЕГО дело и тот факт, что из-за моей наглости мы могли лишиться ценного источника информации. Дескать, если бы Дроуди не был так расстроен смертью своей… ну, пусть будет экономки… то после моей выходки мог вообще отказаться сотрудничать. Огласка отношений в его ситуации нежелательна, а настаивать, ввиду отсутствия улик и показаний амулета правды, мы не имели права. Так что, если бы Дроуди уперся и накатал жалобу бургомистру, всему нашему Управлению грозила нехилая плюха от городского начальства. По мнению Йена, я едва не послужил причиной большого скандала. Не говоря уж о том, что я поставил под угрозу тайну следствия, посмел не проявить должного сочувствия к чужому горю и вообще вел себя неподобающе.
Когда я заметил, что Йен несет чушь, он обиделся. Когда я резонно возразил, что именно тот факт, что я надавил на свидетеля, помог немного прояснить дело, он обозлился. А когда я спросил, чего же он на самом деле испугался: последствий для Управления или же лично для себя, – и вовсе рассвирепел. После чего ледяным тоном потребовал от меня соблюдать субординацию, а потом демонстративно отвернулся и до самого места назначения не произнес ни единого слова.
Да. Иногда его клинило. Но, как правило, Йен быстро отходил. Поэтому я просто пожал плечами и не стал ничего доказывать. Я поступил так, как посчитал нужным, не думая о возможном скандале, чужом неудовольствии или чьих-то пораненных чувствах. И раз это принесло положительный результат, то все остальное не имело значения.
Разве нет?
Дом следующей жертвы располагался на Базарной улице, совсем рядом с Торговой площадью – так называемым «центром города для бедных». Площадь в буквальном смысле была торговой, с самого утра там надрывали глотки продавцы, кудахтали куры, мычали коровы, визжали свиньи и скромно лежали свежие овощи на прилавках.
Я там появлялся редко – зачем, если я питаюсь в дешевых трактирах? А вот госпожа Одди заглядывала частенько и по вечерам любила поворчать на задранные до небес цены, невоспитанных продавцов и мелких воришек, которых на таком хлебном месте всегда водилось в достатке.
Нужный дом располагался буквально в двух шагах – унылое, давно не крашеное здание, один взгляд на которое навевал беспросветную тоску. Зато он был построен из камня, а не простого дерева. И даже в два этажа. Забор вокруг него недавно подновили, немногочисленные деревья в крохотном саду явно подстригли, да и занавески на окнах висели чистенькие. Так что не исключено, что в доме недавно сменились жильцы и просто не успели привести его в порядок.