Сохранились лейтенант с бойцами неплохо – взгорок, песчаная почва. Одежда вся целая, лица прикрыты некогда чистыми портянками, запаха почти нет. Что неудивительно – лежат с июля прошлого года. В лесу бойцы более неприглядно выглядят. Яму закапывать не стал, пусть «Старшина» увидит. Молча показал «Сержу» на лес и пошёл в сторону блиндажа. Здесь всё было так, как я оставил. Ничто и не указывало на то, что под нашими ногами достаточно большой схрон. В это время послышался звук двигающейся по лесу техники, и я, жестом показав «Сержу», пошёл к озеру.
«Рысь» ничего не нашёл. Совсем ничего. Ни деревни, сожженной так же как и первая, ни свежих следов, ни красноармейцев, ни могил. Пришёл он много позже приехавшей техники и, плюхнувшись рядом со мной, коротко доложился.
– Пусто, «Командир». Нет никого. В лесу с прошлого года никого не было. Следы боя на околице прошлогодние, но убитых нет, в двух местах видел поклёванные пулями деревья. Похоже, преследовали кого-то вдоль озера в сторону Невеля. – Это было, в общем, понятно, но я, на всякий случай, показав ему направление, где лежат бойцы, сказал:
– Дойди до бойцов, посмотри своим глазом характер ранений и тех четверых, что в самом начале нашёл, глянь. Двоих из них в затылок добивали, посмотри из чего. Как закончим здесь, приберём. Ты присмотри там место, а потом возьми Йону и пусть яму под могилу копает. – «Рысь» молча кивнул головой и растворился в лесу.
«Старшина» к тому времени организовал разгрузку машины, выставив по моему приказу Йону в охранение, чтобы не видел лишнего. Где мы находимся, Йона тоже не знал, так как с пулемёта его перевели заряжающим, и всю дорогу он проболтался в броневике. Рано ему ещё знать наши тайны. Недалеко от него, но не с ним, засела и «Фея», на неё надежды в охранении всё же больше. Поэтому отослав «Рысь», я взял «Сержа» и пошёл к блиндажу.
Блиндаж мы откапали через полчаса. Никого здесь не было. Все мои контрольные камешки, которые я уложил год назад, лежали на месте. Блиндаж мы вскрыли. Всё было так же, как оставили мы с Виталиком. Оружейная и продуктовая комнаты, предбанник, везде оставленные мной контрольки остались нетронутыми.
– Знаешь, командир. Я до сегодняшнего дня не верил, что это правда, – негромко сказал напарник.
– Понимаю. Я когда сюда попал, обалдел ещё больше, но ничем тебе помочь не могу. Себе же не смог, и ты сам справляйся. Сойди с половицы. – Пока не появились наши спутники, надо было упаковать в мешковину наши с Виталиком вещи. Сюда я уберу самое ценное из того, что мы взяли в Краславе. Через полчаса тайник был пуст. Мне показалось, что глаза «Сержа» вылезли из глазниц и повисли на нервах. Особенно поразили его компактные рации и моё пояснение к ним.