Он вдруг завилял всеми частями тела, и мы невольно поинтересовались, кем является секретарь лорда, женщиной или все-таки мужчиной? Франсуа обиделся и сказал, что делает все это только ради нас. Мы извинились и стали входить в роль. Божена сразу же ссутулилась и затопала как грузчик. На ней было короткое облегающее платье темно-красного цвета, расшитое крупными блестками и туфли на полутораметровом каблуке. Я же завиляла всем организмом, подражая Франсуа. На мне было длинное платье цвета бургундского, без особого декольте, но зато с рубиновым колье и серьгами. В общем, выглядели мы как настоящие гомосексуалисты.
Подойдя к клубу, мы взяли Франсуа под руки, и он принялся верещать противным писклявым голосом:
- Ну вот, крошки, сейчас мы наконец-то и повеселимся!
- Конечно, дорогуша! - басом ответила Божена и я поняла, что она снова волнуется.
Стоявший при входе тип поинтересовался, как нас записать в специальную книгу посетителей.
- Бобби, Фредди и Френки! - пропищал Франсуа. - Но для меня эти крошки Анжелика и Жозефина!
Нас записали, содрали за вход несусветную сумму и пропустили внутрь. Клуб оказался огромным и роскошным, с несколькими барами, ресторанами и казино. Посетителей было много, и все выглядели очень странно, роднило публику только одно - все женщины были мужчинами.
- Закройте рты, вы выглядите глупо! - прошипел Франсуа. - Ни на что не обращайте внимание!
Мы кивнули и начали проталкиваться в поисках Александра с его певицей. Лордик отыскался небольшом уютном баре с полукруглой эстрадой в центре. Повсюду красовались мягкие диванчики с уютными кабинками, на столиках горели свечи, в вазочках пахли цветы... Мы расположились в свободной кабинке, и к нам тут же подоспел официант в коротких черных шортах и белой рубашке.
- Добрый вечер! - заулыбался он накрашенными губами. - Что желаете?
Мы пожелали шампанского и фруктов. Все это мгновенно принесли, шампанское открыли, по бокалам разлили и пожелали приятного отдыха. Нам с Боженой даже понравилось.
Вскоре свет погас, и началась концертная программа. Выступали танцовщицы, стриптизерши неопределенного пола, а мы все время наблюдали за Александром. Он курил, пил вино и смотрел на сцену. Потом объявили Маргариту Мюррей, и мы затаили дыхание. Вышла стройная, изящная, потрясающе красивая, но слишком высокая для женщины блондинка в сверкающем платье с перьями. Она томно изогнулась и запела звучным, бархатным голосом. Мы с Боженой переглянулись, взяли бокалы и дружно выпили.
- Ну что? - прошептал Франсуа. - Как вам?