Когда мы одевались с Финном к вечеринке, он сделал мне еще один подарок.
— У меня для тебя еще кое-что есть, — сказал он, протягивая мне черную, обтянутую бархатом коробочку.
Я открыла ее и увидела там ожерелье, как в Титанике, сердце океана. Это была не какая-то бижутерия, камни были настоящие. Это было так мило, и очень романтично.
— Я дарю тебе свое сердце, — сказал Финн, — будь с ним аккуратна. Я знаю, что ты не особо любишь все эти романтичные штучки, и украшения вообще. Но мне захотелось подарить его тебе.
— Спасибо, мне очень приятно и очень нравится. А еще оно подойдет к моему наряду, так что надевай, — сказала я, поворачиваясь к нему спиной.
На мне было темно-синее платье в пол и серьги с голубыми камнями. На шее у меня была цепочка с иконкой. Мне подарила ее мама, и я всегда носила ее.
— Цепочку снимать? — немного растерявшись, спросил Финн.
— Да. Мама всегда будет со мной, даже без цепочки.
Мы вошли в клуб, там еще никого не было. Финн включил медленную музыку, и мы начали танцевать. Это был наш первый медленный танец. Финн выглядел очень серьезным, как будто задумал что-то, но не был уверен в хорошем исходе дела.
Потом все потихоньку подтянулись и мы, как всегда, зажгли по полной.
Мы с Олей вышли покурить, я видела, что у нее язык чешется.
— Выкладывай, — сказала я, глядя на нее в упор.
— Нет, не могу, он меня убьет. Но так хочется сказать. Нет, не буду, извини. Тем более о таких вещих лучше узнавать не от меня.
— Я так понимаю, что мне это не понравится?
— Скорее всего, да.
— Тогда не говори, и Финну скажи, что бы забыл об этом, что бы он там ни задумал.