– Ну и сволочи! – заключил Дмитрий, дочитав материалы дел. – И этим нельзя жить на белом свете! Особенно господину Шинцеву.
Но что делать в сложившейся ситуации, Булавин не знал.
С одной стороны, вопиющие факты требовали расследования и реакции правоохранительных органов, а так как происшествия замяли, КОП должна была отреагировать самостоятельно и наказать негодяев. Мало того, Дмитрий с удовольствием взялся бы за исполнение приговора, будучи уверенным, что зло нельзя оставлять безнаказанным. С другой стороны оперработница неведомого Катарсиса Мария не велела ему связываться с «копами», и ее рекомендации казались достаточно весомыми.
«Ладно, отложим решение, – подумал Дмитрий. – Если в течение ближайших двух дней Катарсис не даст знать о себе, я приму предложение майора. Он прав, спускать такое нельзя, иначе бандиты совсем обнаглеют. А пока надо искать Диану. Не нравится мне ее отсутствие и молчание. Но какова Люся! Ничего себе, подруга! Неужели мужиков не хватает? И как теперь вести себя с ней после столь откровенного предложения?»
Дмитрий вспомнил горячие объятия Людмилы, ее раскрасневшееся лицо, жадные руки, торопливую речь. Что она там говорила о Диане? Ищи, может быть, и найдешь? Что она хотела этим сказать? Складывается впечатление, будто Люся з н а е т, что Диана сегодня не приедет. Иначе не приглашала бы в ресторан. Что же это означает, черт побери?!
Дмитрий тронул машину с места, боковым зрением увидел выходящую из здания Людмилу в сопровождении солидного мужчины в дорогом костюме и остановился. Подождал, пока хозяйка фирмы «Волтри» отъедет, вышел из машины и вернулся в офис.
– Куда? – остановил его за дверью парень-охранник.
Дмитрий наконец вспомнил, где он видел эту квадратную физиономию: парень находился в компании Симона Калабриади, когда тот попытался изуродовать лицо Дианы кислотой. Правда, тогда он был в штатском костюме.
– Один вопрос Ларисе, – сказал Булавин.
– Никого не велено пускать.
– Тогда давай вызовем ее и я задам вопрос при тебе.
– Тебе сказано – не велено! Понял? Попрошу очистить помещение! – Охранник положил руку на кобуру пистолета.
– О, вот и она, – посмотрел ему за спину Дмитрий.
«Качок» оглянулся, и через мгновение оказался лежащим лицом вниз на полу. Дмитрий вытащил из его брюк ремень, связал руки, сказал ему в ухо:
– Не люблю хамов, братан. Кстати, я тебя узнал. Ты из свиты Симона, по которому давно плачет тюрьма. Мой тебе совет: не дружи с ним, это плохой мальчик. А меня злить не стоит, я и так расстроен. Мог бы вежливо вызвать Ларису, я ведь не просто прохожий, а в какой-то степени друг хозяйки. Полежи немного, я сейчас вернусь. Будешь кричать – засуну язык в одно место. Договорились?