– Жаль, что не довелось познакомиться с такой замечательной женщиной. Твоей женщиной.
– Да… моей…
Теперь по щекам Люсьена градом катились слезы, он не мог и даже не пытался их сдержать. Сердце терзала такая глубокая, безысходная боль, что казалось, будто оно вот-вот разорвется.
Лондон, 1813 год
Вдова Маргарита ван Гессенберг была красива, умна, богата и, кроме того, являлась близкой подругой жены Дэниела, Аметисты, женщины, к которой Люсьен относился с большой симпатией и уважением. С недавних пор она не упускала случая подойти к нему и завести разговор, спрашивая мнение о новой книге, спектакле или картине. Это была образованная женщина, отличавшаяся любознательностью и широким кругозором. Вот и сейчас, кружась в его объятиях по бальному залу резиденции Харви, Маргарита говорила о картине Тернера, выставленной в Королевской академии художеств прошлым летом.
– Все видные критики в один голос восхищались этим полотном и всячески его превозносили. Мне же показалось, что ось перспективы нарушает традиционные правила композиции, и это не позволило мне в полной мере насладиться картиной.
Люсьену было известно, что Маргарита и сама художница. Многие хвалили ее за мастерство и блестящее владение кистью. Тем не менее с этой ее оценкой Люсьен согласиться не мог – глядя на полотно, изображающее Ганнибала и его армию, переходящую Альпы, Люсьен живо вспомнил, чего пришлось натерпеться ему самому во время перехода по обледеневшим тропам от Виллафранки до Луго. Весь путь был отмечен кровавыми следами и телами тех, кому этот марш оказался не по силам. Тернер очень точно сумел передать и овладевшее солдатами отчаяние, и упорную борьбу за выживание, и изнеможение.
– Вы что-то притихли, Люсьен. Не согласны с моим суждением?
– Мне понравились сила и мощь этой картины. А главное – ее беспощадная правдивость.
Маргарита прижалась к нему теснее.
– Может быть, сегодня вечером проводите меня до дома… и останетесь на ночь?
Эти слова она прошептала ему на ухо самым многообещающим тоном. От такого приглашения у Люсьена по коже пробежали мурашки. Сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз наслаждался плотскими утехами… Люсьен понимал, что нет ни одной причины ответить на предложение обаятельной вдовы отказом. Рядом танцевали Дэниел и Аметиста. Оба смотрели на него с одобрением и надеждой. Гэбриел Хьюз тоже был здесь с молодой и очень привлекательной женой Аделаидой. Они танцевали в другой части зала, однако также не сводили глаз с Люсьена и Маргариты и, судя по выражениям лиц, были за него рады.