Станция стояла в тридцати километрах юго-западнее Печоры. А в восьми километрах к северу от города располагалась РЛС типа 5Н79 «Дарьял» – циклопическое сооружение, возвышающееся над тайгой на добрую сотню метров, первая из принятых на вооружение, радиолокационная станция, входящая в российскую СПРН, систему предупреждений о ракетном нападении. Ее щупальца протянулись на шесть тысяч километров за горизонт и позволяли контролировать воздушное пространство до северного побережья Аляски и Канады, полностью накрывая Гренландию и Исландию. Это было всевидящее око, которое стерегло наиболее ракетоопасное направление – северные границы, оберегая страну от удара самого заклятого и подлого врага – США.
Первое, что нужно сделать с началом войны – ослепить противника. И в Печору прилетело достаточно, чтоб уничтожить «Дарьял». Что-то наткнулось на ПРО, что-то просто не долетело из-за ошибок позиционирования и упало в тайгу, но войсковой части №96876, персонал которой работал на РЛС, оставшегося хватило с избытком. Да и город тоже получил свое.
Поселок газовиков, стоящий в стороне, не пострадал. И спустя какое-то время к нему по одному, по два человека, а то и целыми группами начали выбираться уцелевшие. Таковых набралось чуть больше полутора тысяч, из которых треть умерли в ближайший год от радиационных и химических поражений. Те же, кто выжил, и стали его населением, основав общину «самую крупную в энтом крае». И среди них было немало вояк из войсковой части, чтоб организоваться в вооруженные силы зарождающейся общины.
Собравшись в общину, начали понемногу развиваться. Как сказал Владимир Валерьевич – перешли на хозрасчет и самоокупаемость. Работа нашлась всем. Облагораживали и перестраивали под собственные нужды станцию, заново осваивали город, часть и окрестности, работали в тайге, отыскивая единоличные хозяйства и налаживая связи – причем действовать старались не нажимом, а объясняя явную выгоду сотрудничества… На юг сначала малыми караванами, потом все больше и больше, пошли товары – и уж чем-чем, а изделиями народного промысла русская тайга очень богата… Словом, жизнь наладилась. А потом из дальнего выхода вернулся очередной караван, и бойцы рассказали о контакте с агрессивной группировкой – Береговым Братством.
– Мы наверняка не единственные, с кем у них война. Слышали о Братстве и в Уральских бункерах, и в районе Вологды… Но слишком уж сильны. Караваны у них крупные, сопровождающих много, а в последние пару лет и того больше… Нам против них не бодаться. Все спасение в отдаленности и труднодоступности.