— Я даже не трогала твою корову, Эби! Я в первый раз в жизни увидела ее, когда она уже была больна! Побойся Бога!
— Ах, ты еще и Бога вспомнила! — разъярился краснолицый бородатый йомен.
— Я же христианка, как и вы! Я ходила в церковь вместе с вами! — сделала она жалкую попытку, но только ухудшила положение.
— Ах ты, дрянь! — завопили из толпы, — Ты и церковью готова прикрыться! Что вы стоите, бейте ее, ребята!
— Постойте, мой ребенок ни в чем не виноват! — отчаянно крикнула девушка, — Если вы убьете меня, вы убьете и его!
— Подлая ведьма! — зашипела какая-то женщина, — Кого ты можешь породить? Только такую же, как ты!
— А мы сейчас посмотрим, — ухмыляясь, сказал здоровенный детина, поигрывая огромным ножом, — Если у нее там девка, значит, она собиралась породить такую же ведьму, и ее надо сжечь живьем, а если мальчишка — то оставим ее в покое! — толпа отозвалась криками одобрения и смешками.
— Люди, одумайтесь! — почти прошептала она, помертвевшими губами, — Я же не выживу после такого!
— Ну и подыхай, ведьма! — плюнула ей в лицо Эби. К Глэдис потянулись руки со всех сторон, схватили за одежду и за волосы. Она скорчилась, прикрывая живот, и закричала не своим голосом:
— На помощь!!! Помоги-и-ите!!!
Молодая женщина ни на что не надеялась, но это было последнее, что она могла сделать. И вдруг…
— Эй вы, сброд, прочь с дороги!
Увлеченные расправой, крестьяне не заметили группы всадников, которые подъехали с той же стороны, с которой пришли и они сами. Это был отряд из десятка рыцарей, судя по добротной одежде и легким походным доспехам.
— Кто вы такие и что здесь делаете? — властно обратился к йоменам один из них.
— Мы честные йомены из Сэнда, Ваша милость, — с поклоном ответил краснолицый, — А я старший, меня зовут Бен, по прозвищу Карнаухий. Ведьма объявилась в наших краях, вот мы ее и судим.
— Из Сэнда?! — рыкнул рыцарь, — Это же на земле сэра Роджера Блэкстона! А как вы посмели судить кого-то на земле сэра Джейкоба Лоувэлли?
Крестьяне притихли. "Я же вам кричал про межу, а вы не послушали", — прошептал кто-то.
— Вы что ослепли, не видели пограничного знака?! — громыхал рыцарь, — А ну, пошли прочь отсюда, пока я не велел вас всех высечь!
— Простите нас, сэр рыцарь, — закланялся еще больше покрасневший краснолицый, — Мы уйдем, сейчас же уйдем… Хватайте ведьму, ребята и пошли отсюда.
У Глэдис появилась хрупкая надежда:
— Прошу Вас, сэр рыцарь, не отдавайте меня им! Я не виновата, они… — Чья-то ладонь зажала ей рот, но ее уже услышали. Рыцарь, который вел переговоры, обернулся к другому рыцарю, который был одет богаче всех и держался чуть поодаль, не проявляя видимого интереса к происходящему.