Генри никогда не снилось ни то, ни другое. Его мучил лишь один кошмар, в котором он тонул. Видение посещало его с разной частотой, подробности менялись, иногда подсознание ставило Верриса на место отца, иногда наоборот, а подчас Генри чувствовал, что ему одновременно и пять и двадцать пять лет от роду. Сна о злобном близнеце он не мог припомнить. А потому, как бы абсурдно это ни звучало, происходящее было реально. Человек, как две капли похожий на него самого, не плод воображения, и – как Генри успел разглядеть – значительно моложе его. Однако свое лицо невозможно не узнать.
Реальным такой человек быть не мог.
Но ведь был!
Потерявшись между истинным и воображаемым миром, Генри опустил автомат.
Человек на крыше на это ответил очередью.
Ладно, очередь определенно реальна. Генри прижался к столбу, от него отлетали вполне реальные щепки, а от стены дома – вполне реальные бетонные крошки. Очевидно, парень больше не боялся привлечь внимание. Да и раньше, видимо, тоже не боялся.
Киллер выдал еще один совершенно реальный залп. Генри ответил огнем, чтобы заставить противника нырнуть в укрытие, схватил сумку и побежал во все лопатки, хотя ноги дрожали так, что он спотыкался и кренился из стороны в сторону, как на палубе корабля в шторм. Реальные пули, цокающие около пяток, мигом заставили его подтянуться. Генри пустился в затяжной спринт к заброшенному зданию в конце переулка.
«Сейчас увидим, действительно ли все заброшенные здания похожи друг на друга», – мелькнула оторванная от реальности мысль. Возможно, рухлядь в самом центре Картахены выглядит более презентабельно, пропитана духом истории. Надпись на щите у забитого досками входа грозила уголовным преследованием за незаконное проникновение. Рядом висело какое-то официальное объявление, которое он бы остановился прочитать, не будь он под обстрелом. Генри вскинул автомат и на ходу выстрелами снес дощатую загородку вместе с объявлениями. Он нырнул в здание, вдогонку его окатило асфальтовой крошкой.
Разумеется, стрелок хорошо видел, где он укрылся. Но внутри здания попасть в него намного труднее. Генри быстро осмотрелся. Жилой корпус – три этажа с галереями, в центре – двор под открытым небом. «Определенно одно из самых лучших заброшенных зданий, да только что проку», – подумал Генри, подбегая к ближайшему лестничному пролету.
Он выскочил на галерею, с одной стороны – поломанные перила, с другой – двери квартир – жильцам удобно, можно выглянуть и посмотреть, кто там в холле. Через окно в дальнем конце здания Генри заметил, как стрелок, ловко перепрыгивая с балкона на балкон наподобие трейсера, спускается на улицу.