Что мы имеем фактически? От семидесяти франков, вырученных от продажи моего золотого кольца, осталось только сорок. Имеющиеся у нас германские марки в количестве 5000 и венгерские форинты - 2000 хождения в этом мире не имеют. Ювелирка: моя - золотой крестик на серебряной цепочке, наручные золотые часы; твоя - золотой крест на золотой цепочке, золотая печатка и золотые карманные часы с музыкальным боем. Приблизительные цены нам известны. Думаю, больше семьсот - восемьсот франков нам за всё это не получить. Ну, если торговаться, как перед смертью - максимум получим восемьсот пятьдесят франков.
Продать больше нечего. Имеющиеся у нас вещи здесь никому не нужны, а значит ничего не стоят. Если только старьёвщик возьмёт всё оптом франков за пятьдесят. Где достать ещё франки?
- Всё же, попытаемся поменять на рынке у менялы германские марки и венгерские форинты. Хоть какую-то сумму может быть получим? И только после этого будем думать о продаже нашей ювелирки. Оказаться в Америке без цента в кармане - прямой путь рабами на плантацию!
- Виктор! Я тебя не узнаю! Где твой оптимизм? Два молодых мужика, побитых жизнью, рукастые, головастые - и не найдут достойного применения своим способностям? Не верю!
- Надейся на лучшее - рассчитывай на худшее - никогда не прогадаешь! - так говорят у нас в Венгрии. Глеб, давай заплатим из оставшихся франков ещё за одни сутки в этом постоялом дворе - хоть ночь переночуем, как белые люди, а с утра пойдём на рынок к меняле. Как обычно - ты торгуешься, я - поддакиваю. Бог нам в помощь!
Попаданцы поужинали, оплатили ещё сутки проживания в этом постоялом дворе и улеглись спать. Хоть ещё одну ночь провести на чистых простынях! Это так приятно!
* * *
Как говорят: "Утро добрым не бывает!". Когда друзья проснулись - за окном висела осенняя хмарь: вот-вот пойдёт мелкий осенний дождик. Похолодало. Вылезать из тёплых носителей не хотелось совершенно! Но надо! Впереди столько дел, что страшно подумать. И все - эпические! Один поход к меняле - подвиг.
Встали, привели себя в порядок: умылись, побрились, оделись получше, позавтракали и отправились на рынок. Когда начинал работать меняла - не знали, но решили, что лучше прийти пораньше. Лавку менялы отыскали быстро. У её порога стоял сторож, с подозрением оглядывая ранних посетителей. Пришлось подождать около часа, пока появился хозяин.
Менялой оказался молодой мужчина чисто еврейской национальности с ермолкой на затылке. Он пренебрежительно окинул взглядом стоящих перед лавкой людей, и вошёл во внутрь.