Рыцарь-инженер (Шапочкин) - страница 50

— Слушаюсь… вообще-то он не один, а в компании семерых молодых людей. Вроде благородных.

— Вот как? И все в уже здесь.

— Да…

— Удалить посторонних с территории режимного объекта. Начальника гвардейской охраны ко мне на ковёр. Будут сопротивляться — разрешаю применять силу.

— Так точно! — воскликнула Тирунвиэль и по моему даже прищёлкнула каблучками, как учила её Мисилиси.

— Вот и хорошо. Жду Герберта к себе. И пусть готовит вазелин…

— Вайдзерикн?

— Пусть готовит даже если не знает, что это такое…

— Передам… — произнесла женщина и тут любопытство свойственное её полу взяло своё и она робко спросила, — а всё же, что это такое?

— Смазка, — усмехнулся я, — после которой чины, звания и погоны, слетают с человека как листья с дерева осенней порой.

— А…

Песочил начальника охраны КБ, я искренне, с чувством, в течении почти получаса. Мужик бледнел, зеленел, наливался кровью и снова становился трупного цвета.

Конечно ничего криминально не произошло, но меня совершенно не устраивала ситуация, при которой любой благородный, пусть даже приглашённый лично мной, мог привести на территорию КБ ещё кого-нибудь.

К сожалению, ранее, в этой стране были очень относительные понятия о мерах безопасности, а потому мне и оставалось только что ездить по ушам несчастного гвардейца, со всем опытом, полученным от своего сержанта в бытность простым морпехом-призывником.

В конце концов, я, окончательно построив мужика, выпроводил его за дверь, вновь занявшись документами, а когда закончил, за окном уже во всю светили звёзды.

Ровур ворвался в кабинет подобно демону. Однако, увидев меня, глубоко вздохнул и попытался успокоиться.

Получилось плохо, а от того его: «Здравствуй брат…» произнесённое сквозь зубы, было сродни шипению ядовитой змеи.

— Здравствуй, — безразлично ответил я просто так для вида перекладывая бумаги на столе. — Правда, не помню когда я стал тебе «братом»… Но если тебе об этом сказала из твоих сестричек, то поверь, её кто-то жестоко обманул.

— Ах — ты… Ты! — задохнулся от возмущения парень, но тут и я конечно перегнул палку.

— Искренне прошу прощения, — произнёс я, наконец посмотрев на гостя. — Я клянусь, что не хотел обидеть ни одну из наших благородных родственниц и ни на что не намекал. Садись, есть разговор.

Всё ещё красный от возмущения, Ровур тем не менее послушался и взяв один из стульев, подсел к столу.

— Я… — произнес он успокаиваясь. — Я тоже хочу попросить прощения.

— Да?

— Да! Я в последнее время много думал…

«Не знал, что он это умеет…»

— …и разговаривал с людьми, — закончил виконт свою фразу. — Ты знаешь, что самая последняя шлюха в самом грязном борделе твоего домена искренне уважает тебя и тётушку…