Вторая попытка (Красов) - страница 94

— И постель не разобрана, — она сдёрнула покрывало и откинула одеяло. Повернувшись к Вадиму, она прошептала, — Нормально говоришь… Сейчас проверим, — она потянула вверх кофту от спортивного костюма Вадима, потом, присев, сдёрнула вниз штаны. После чего, выпрямившись, скинула с себя халат, оставшись в одной комбинации.

— Ну что ты такой напряжённый? — Она обняла его руками за шею и прижалась всем телом, — остальное сам снимешь или помочь?…

Глава 31

Проснувшись утром, Вадим с удовольствием потянулся всем телом, прислушиваясь к своим ощущениям. Несмотря на бурную ночь, организм был свеж и полон сил. Вспомнилось высказывание Михаила Задорнова о трёх стадиях человеческого возраста. Получается, что несмотря на свой более чем полувековой жизненный опыт, он находится на первой стадии. Улыбнувшись своим мыслям, Вадим рывком спрыгнул с постели, сделал несколько наклонов и приседаний. Вспомнив о спортзале, хотел было уже направиться на первый этаж, но передумал и пошёл в душ.

После душа Вадим прилёг на кровать и задумался. Можно ли считать супружеской изменой то, что произошло ночью? С одной стороны — Бурый: молодой, холостой, здоровый организм требует своего, а раз подвернулась возможность, как её упускать? Да и Марина его не поняла бы. Приняла бы, не дай Бог, за какого-нибудь голубого или импотента.

А с другой стороны, — мозги пятидесятишестилетнего мужика, у которого есть любимая жена, дети. Только где они все! Дочь ещё даже не родилась. Как они там, — в будущем одни, без него? Антон совсем, поди, распустится… и мать доведёт до очередного инфаркта. И ничего, ведь, не сделаешь.

Вадим силой воли прогнал мрачные мысли. И вообще, кто сказал, что ничего нельзя сделать. С тем же Антоном. Почему сын вырос таким слабовольным, эгоистичным, трусливым? Да потому что его воспитанием никто не занимался. Как говорится — утром уходишь на работу, дети ЕЩЁ спят, вечером приходишь — они УЖЕ спят. Воспитанием занимаются мамка и бабка. Вот и вырастает безотцовщина при живом отце. Вадим вспомнил, как на всесоюзном совещании оперсостава лесных колоний в Соликамске, где он когда-то присутствовал, ведущий совещание генерал спросил у зала:

— Поднимите руки, кого из вас в детстве отец ни разу не отстегал ремнём? — Ни одна рука не поднялась. — Вот потому вы здесь сидите, а не там — за решёткой…

Надо внушить молодому, чтобы не повторял его педагогических ошибок.

Словно прочитав его мысли, в дверь, постучав, заглянул молодой Рагозин:

— Можно к тебе? — Войдя в комнату, он настороженно стал осматриваться, — ты один?