Клинические лекции по душевным болезням (Маньян) - страница 335

Г. Trelat хорошо определил разницу между дипсоманом и алкоголиком:

«Пьяница — тот, кто пьет, когда представляется такая возможность, дипсоман — больной, начинающий пить лишь в связи с развитием у него дипсоманического приступа».

«Приступ дипсомании, пишет Marce, начинается с печали, мрачности, головных болей, предсердной тоски — затем возникает всепоглощающая, неодолимая тяга к алкоголю… Дипсоманы чувствуют приближение приступа и, оплакивая свою неспособность сопротивляться болезни, не перестают пить, пока не кончится приступ или пока не вмешаются окружающие, положив ему конец мерами насильственной изоляции».

Дипсоман, прежде чем начать пить, находится в состоянии сходном с тем, какое наблюдается при меланхолии: он печален, беспокоен, плохо спит, теряет аппетит, испытывает предсердную тоску и тревогу — перед нами рядовой душевнобольной. Но через несколько дней пьянства он может предстать перед нами в уже известном нам облике острого алкоголика: испытывает тягостные для него галлюцинации, тремор, бессонницу, желудочно-кишечные жалобы и т. д.; диагностика проясняется окончательно лишь по миновании острого периода заболевания.

Набл. XXXIII

Больная D…, по мужу V…, 57 лет. (См. стр. 84)

В течение длительного времени, пока дипсоманические кризы больной разделялись многомесячными интервалами, приступы проявлялись простым неосложненным пьянством; позднее, при их, учащении и накоплении действия алкоголя, наступила очередь алкогольного бреда с галлюцинациями.

Следующее наблюдение, заимствованное из цитированной работы Trelat, также хорошо демонстрирует разницу между дипсоманией и банальным алкоголизмом.

Набл. XXXIV

М-м N…. (См. стр. 77)

Раздел II. Прогрессивный паралич

Прогрессивный паралич относится к болезням, весьма часто сочетающимся с алкоголизмом. Больные, вследствие особенностей этого заболевания, расположены к злоупотреблению алкоголем, к организации попоек — у них легко возникают проявления острой алкогольной интоксикации. Алкоголь, принятый ими в относительно малой общей дозе, способен возбуждать их, стимулировать свойственную их основному заболеванию активность, которая и без того каждую минуту готова вспыхнуть; переходя определенный количественный рубеж, алкоголь, помимо своего неспецифического растормаживающего действия, порождает затем у больных-микстов собственные иллюзии, иногда галлюцинации, наконец, при дальнейшей интоксикации — галлюцинаторный бред, который временно заслоняет собой как психические, так и физические симптомы прогрессивного паралича и делает невозможной сколько-нибудь точную оценку их интеллектуального уровня. Алкогольное дрожание значительно сильнее, чем обусловленное прогрессивным параличом, оно доминирует в картине сочетанных двигательных расстройств: при распространении его на лицо даже дизартрия паралитиков теряет свое обычно столь убедительное симптоматическое звучание.