Бойца тут же скрутили, навалившись едва ли не вшестером, а Вид, ухватив меня за наплеч, прокричал в ухо:
— Что с ним?
Я раздражённо вырвался из крепкой хватки. Что за вопрос? На солнце перегрелся! В два шага оказался рядом с лежащим. Короткий осмотр: штатный солдатский амулет, что должен был защищать от эфирных воздействий — разрушен. Его рунные плетения расползались на моих глазах.
— Новый амулет, живо!
Как и в прошлом, у нас с собой было множество амулетов, снятых с тел павших товарищей. К сожалению, с ними была та же беда, что и с надетыми на нас. Но, по крайней мере, теперь я мог ответить на вопрос Вида:
— Слишком высок был уровень противостояния в городе. Потоки перекручены и так сильны, что даже амулеты на рагнидии оказались повреждены. Заклинания основы размыло, а зелонец достаточно силен, чтобы, не приближаясь, менять условия своего подчинения и искать слабину. Боюсь, что надёжно защищены только офицеры и маги.
Оглянулся на замершего эфирника Каира, потребовал:
— Помоги ему сбросить подчинение и подопри амулеты отряда аурой. Ты для чего здесь стоишь?
Вид мотнул головой, словно только вспомнил о канцеляристе и рявкнул:
— Лейтенант Каир!
Тот вздрогнул, ответил так тихо, что мы, оглушённые, едва поняли его:
— Да-да-да. Сейчас…
Он и впрямь старался, но большое влияние оказывала и волевая стойкость бойцов, сейчас измученных переходом и боями. А случаев пробоя амулетов становилось все больше и больше: зелонец неторопливо перебирал все наши амулеты, разрушая те, в которых образовалась хоть малейшая слабина. И при всем этом непрерывно бросал на штурм тварей. Хорошо, если лейтенант Каир справлялся и немного потерянный, но пришедший в себя боец с новым амулетом возвращался в строй. Увы, часть солдат так и не обретали свою волю и если пробой случался дважды с одним человеком, то он гарантировано присоединялся к связанным бойцам в одном из помещений.
Нет ничего хуже, чем косить глазом на соседа в постоянном ожидании удара с его стороны, но мы свыклись. Вот только новые проблемы пришли оттуда, откуда не ждали.
Сначала пришла сильная эфирная волна, прорвавшаяся сквозь защиту ротной Сигны, накрывшая всех с головой и сгинувшая бесследно. Вот только она что-то затронула в моей памяти, заставив замереть. Сах. Глубже, ещё глубже, превращая время в тягучую патоку. Мгновение, другое и меня обожгло воспоминание из горящего города:
«Кернариус ждёт слуг!»
Я вскинулся, выныривая из глубин магического транса, оглядывая големов: неподвижного, как статуя, Гвардейца, скрытого от нападавших за стеной укрепления и однорукого Костяшку, медленно оглядывавшего заваленные шипастыми тушами химер ворота. Нет никаких проблем. Но…