Он еще не уяснил, отчего ему хочется здесь торчать: то ли в надежде, что незнакомец вернется, то ли наоборот. На всякий случай он не выпускал улицу из поля зрения и раздумывал над тем, можно ли отсюда точно попасть в цель из револьвера.
Он бы охотно еще раз осмотрел спальню, где убил Эллен. Труп наверняка уже увезли. Теперь там пусто. Ему безумно хотелось туда проникнуть.
Он облокотился на низенький парапет и целиком погрузился в свои спутанные мысли.
Какой-то шорох заставил его вздрогнуть, и он с трудом подавил рефлекторное желание двинуться с места, а значит, зашуметь самому. Он только повернул голову и увидел незнакомца, словно возникшего из воздуха на другой стороне крыши.
Нет, не из воздуха. Там, на тыльной стене дома, располагалась лестница.
Он торопливо схватился за рукоятку револьвера в кармане, но было уже поздно. Незнакомец исчез внизу: сначала скрылись его ноги, затем туловище и, наконец, голова. Каким холодным и неподвижным казалось его лицо!
Он заспешил к противоположному карнизу и, добравшись до него вовремя, проследил, как незнакомец скрылся в окне квартиры Элли.
Может, последовать за ним? Нет, чересчур опасно. Рано или поздно он подстережет его на обратном пути, и тогда главное – не промахнуться.
Вскоре так и произошло, но ему показалось, что время тянулось бесконечно долго. Незнакомец возник в трепетном свете сумерек и начал подниматься вверх по пожарной лестнице.
Он прицелился и нажал на курок, но дилетанты всегда мажут при стрельбе вниз – они забирают слишком высоко.
Незнакомец отклонился вправо и замер, прилепившись всем телом к стене. Однако он по-прежнему оставался целью, в которую можно было попасть. Новый выстрел – и опять промах.
Незнакомец тоже ответил выстрелом, и его лицо обожгло каменными осколками парапета.
Такого он не смог выдержать. Проживи он на свете сто лет и попадай каждый день в перестрелку, он бы и тогда не привык к этому. Всякий раз он бы снова впадал в панику. В незнакомца можно было палить сколько угодно – тот сохранял присутствие духа, правильно оценивал ситуацию и либо отвечал ударом, либо защищался. Непонятно, как ему это удавалось.
Второй раз он побежал по крыше, ни о чем не задумываясь, забыв свои страхи провалиться. Он отворил чердачную дверь и кубарем скатился по лестнице, даже не заметив, что возле открытой квартиры Эллен уже никто не сидел. Выскочив на улицу, он в мгновение ока долетел до своего «форда» и, задыхаясь, юркнул в кабину, злой и посрамленный.
Немного позже он вернулся в свою комнатушку и заперся в этом кубе с равными десятифутовыми гранями. Он смотрел в окно, чувствуя взгляд незнакомца, и знал, что не найдет в себе мужества бежать из страны, а будет только ждать, пока незнакомец отыщет его.