Игра из Тени. Книга II: Печать Огня (Осколков) - страница 31

— Да ну? Ща глянем! — раздались голоса и из темноты выступила еще тройка мордоворотов. — Ща мы поучим их вежливости.

— Это твой последний шанс, друг, — ровным голосом произнес второй священник — видимо, главный в этой парочке. — Мы забудем о твоем проступке. Истина не забудет, но мы — да. Тебе нужно лишь уйти. Иначе последствия будут ужасны.

— Н-де? — изобразил задумчивость детина, застегивая штаны. — Ну лады.

И харкнул монаху в лицо.

— Как тебе такие последствия, — передразнил он и расхохотался. — Подавись, святоша.

Остальные головорезы разразились смехом и улюлюканьями. Видимо, жест им понравился. Чего нельзя сказать о священнике. Стерев слюну, он резким движением вытащил кинжал из ножен на поясе и бросился на мордоворота. Ни боевого клича, ничего. Интересные они ребята. Опасные.

Впрочем, головорез был тоже не лыком шит. Для него поножовщина — это не смертельный поединок, а обычное времяпровождение в субботний вечер. Он легко отбил первый удар ножом, и уже было собирался врезать монаху по роже, как получил по руке гирькой от второго служителя.

— Ух, крыса! Вдвоем на одного! — заорал один из подельников детины. — Ну ща ты у меня получишь!

Он подбежал к одному из монахов и врезал тому ногой промеж ног. У-у-у-у. Грязный прием, но работает знатно. Бедолага аж скорчился от боли. Похоже, он больше не боец. А когда подключились еще двое бандитов, и слепому было бы очевидно — у святош не было шансов. Их попросту задавят массой.

Я же в это время, едва сдерживая смех, аккуратно спускался по каменной стене вниз. Нелегкое это дело, даже под «Режимом Тени». С другой стороны, я никуда не торопился. Ребята отлично постарались.

Может, стоит закинуть Гусу сверху еще пару золотых? Хотя нет. Не стоит его баловать.

Наконец спрыгнув вниз, я быстрым шагом пронесся между рядами скамеек и задержался лишь перед алтарем. Мать честная, это что, Единый?

Передо мной действительно было изваяние Единого, но его бы и собственный отец не признал. Хм. А интересно, у Единого вообще был отец? Никогда не задумывался, если честно. А святыми текстами я никогда особо не увлекался. Слишком скучно, на мой взгляд. Надо бы спросить Сая.

Что-то я отвлекся. Во всем виновата проклятая статуя. Очень уж странный образ главного божества Империи.

Куда делась крестьянская роба, доброе лицо и распахнутые руки всепрощения? Передо мной стоял самый настоящий убийца. Глаза, полные презрения и ярости, окровавленный меч, латные доспехи. В голове не укладывается. Может, это старое изображение? И где они его тогда откопали?

Впрочем, не важно. У меня есть дела. Нельзя задерживаться, я и так кучу времени потерял. Прав был Сайфас. Я слишком много думаю.