Отпуск закончился, и мы вернулись в Москву. Оказалось, что на дачу в этом году меня никто не повезёт. У родителей с летним отдыхом не состыковывалось. Маман проработала меньше года и отпуск ей ещё не полагался. Отец же без Катеньки никуда ехать не планировал. Поэтому на выходные они на дачу ездили и гостей приглашали, а у нас полноценного дачного отдыха в этом году не получилось.
Тот факт, что я в оставшиеся дни лета должен сидеть в городе, никого не волновал. Алексей остался приглядывать за мной и приходил каждый день с утра, составляя план прогулок и занятий испанским языком. Я его тоже учил. Он у меня плов стал готовить.
— Знаешь, что было самое сложное в приготовлении плова? — задал я вопрос и, получив недоуменный взгляд, пояснил: — Уговорить бабушку купить казан.
Отец, сообразив, кто готовит дома обеды, решил, что это неправильно, и согласится нанять домработницу. И о чудо! Нужная дама нашлась через день. Я хмыкнул, но высказываться на этот счёт не стал, и без того понятно, кто нам прислал ещё одного соглядатая. Впрочем, у меня никаких секретов нет. А домработницу я могу и в качестве натурщицы задействовать. Пока же у меня Алексей отдувался. От портретов я перешёл к рисованию фигуры, отметив, что у сотрудника прекрасно развита мышечная масса. Не так, как у Ильи, но тоже неплохо.
— Раздевайся, — попросил я Алексея в один из дней, подготовив подходящего размера планшет.
Он безропотно снял вещички, раздевшись до трусов, и сел в ту позу, которую я задал.
Представьте себе такую ситуацию в 2021 году. Родителей дома нет. С малолетним ребёнком в комнате сидит посторонний молодой мужчина в трусах… Продолжать? Или и так понятно, куда свернут мысли любого человека начала двадцать первого века? Зато в конце пятидесятых нас никто в извращениях не заподозрит. Маман с работы пришла, заглянула — сынок дядю почти голого рисует, вот и хорошо.
Вообще-то мы с Алексеем редко оставались одни дома. У нас же теперь Оксана Николаевна — домработница — появилась. Пять дней в неделю она убиралась, готовила и стирала. Тётка была компанейская, легко располагала к себе. Как начнёт меня нахваливать, так еле язык успевал прикусить, чтобы не разболтать ей всё на свете. Чувствуется опытный сотрудник.
Не знаю, что думал отец на этот счёт, но он с домработницей практически не сталкивался. Приходила она в девять, заканчивала работу в пять вечера. Отдельно с ней оговаривалась помощь в выходные дни. Тогда-то родитель с Оксаной Николаевной и пересекался, испытывая на себе всё её обаяние. Маман к домработнице относилась со снисхождением. В её взгляде читалось некое сочувствие. Мол, чго взять с женщины, которой не повезло родиться красивой? Мало того, что фигура мужеподобная, так и лицо всё в оспинах.