…Наступило утро в освобожденной Ченстохове. Временами то в одном, то в другом конце города раздавались пулеметные очереди: это гвардейцы майора Горюшкина «выкуривали» из подвалов прячущихся гитлеровцев.
Постепенно в городе затихали выстрелы, вдали глохли могучие моторы гвардейских машин. Поскольку в город вот-вот должны были вступить главные силы бригады и корпуса, Хохряков отдал необходимые распоряжения о предстоящей смене позиций. По его приказу в парк, где расположился командный пункт передового отряда, были перевезены останки танкистов и мотострелков, погибших в бою за освобождение Ченстоховы.
— Переложить павших в битве воинов на штабной и командирский танки, — с глубокой душевной болью распорядился Хохряков.
Алексей Яковлевич Башев был почти ровесником комбата. Исполнительный и трудолюбивый, в предвоенные годы калининский рабочий, коммунист Башев до 1942-го служил в тыловых частях, готовил кадры для фронта и рвался в бой. В сражениях с оккупантами показал себя достойно. Только за час боя в Ченстохове экипаж Башева раздавил три пушки с расчетами и вывел из строя несколько десятков вражеских пехотинцев.
Мало провоевал в батальоне и замполит Семен Платонович Кива. Один из авторов этой книги, Н. И. Балдук, встречался с С. П. Кивой еще в первые дни войны в Казанском танковом училище, где Семен Платонович был комиссаром танкового батальона. Да, Кива воспитал для фронта не одну сотню мужественных офицеров-танкистов. Семен Платонович был родом из Харькова, тоже рабочий. Он хорошо владел боевой техникой и увлекал подчиненных прежде всего личным примером, образцовым использованием оружия в бою.
В 7-й гвардейский танковый корпус С. П. Кива прибыл на Сандомирском плацдарме, перед самым началом Висло-Одерской операции. Начальник политотдела корпуса гвардии полковник А. В. Новиков, направляя С. П. Киву замполитом к С. В. Хохрякову, ободряюще сказал: «В этом прославленном боевом коллективе вас примут хорошо. Остальное будет зависеть от вас». С. П. Киву не только приняли хорошо, но и полюбили, ибо он с первого часа пребывания в батальоне словом и делом воодушевлял людей на подвиг.
Сейчас замполит Кива лежал на танке своего командира, и его застывший спокойный взгляд был направлен в синее ченстоховское небо. За то, чтобы небо было отныне мирным и чистым, коммунист Кива отдал жизнь.
…Командир и начальник штаба батальона двумя танками неспешно двинулись по, казалось бы, пустынным улицам города. На броне боевых машин — тела павших товарищей. Спереди и сзади — автоматчики, почетный эскорт погибших героев.