Пассек исчез в день смерти Екатерины, а князь Барятинский был совершенно уничтожен и умирал от страха. Он должен был, так же как и другие соучастники, дежурить у гроба Петра III и занимать назначенное ему место в похоронной процессии. Только граф Алексей Орлов, главный из действующих лиц переворота, уложившего Петра III в могилу, ходил твёрдой поступью и старался иметь спокойный вид.
Император Павел велел поместить оба гроба вместе на парадное ложе, на котором они и были выставлены. Гроб Екатерины был открыт для поклонения публики. Высшие должностные лица, дамы с портретами, фрейлины, придворные кавалеры несли свою службу у парадного ложа в продолжение шести недель, день и ночь. Это вызвало много неожиданных встреч и породило, благодаря таким необычайным условиям, дружеские отношения между теми чинами, которые почти никогда ранее не встречались, тогда как другие, встретившись здесь и проведя вместе в приятной компании кряду двадцать четыре часа, никогда больше потом не видались.
По истечении шести недель состоялось погребение Екатерины и Петра, которых везли вместе и вместе похоронили в одном склепе. Войска петербургского и окрестных гарнизонов сопровождали похоронную процессию, и все, кто принадлежал ко двору и к правительству, шли в два ряда пешком на другой конец города до Невского монастыря. Всем было строго предписано явиться в траурных костюмах, и предписание это было соблюдено.
Пудра была изгнана с причёсок женщин и мужчин, тогда как сами причёски изменены не были, что безобразило всех. Похоронный кортеж был необычайно длинен, церемония похорон продолжалась в течение всего дня.
Император оставил для себя в Зимнем дворце апартаменты, которые он занимал, будучи великим князем. Приёмная зала бывала переполнена теми, кому разрешён был вход. Сюда отправлялись, как на забавное представление, проводили целые дни. Здесь шло беспрестанное движение, волнение, суетня; камердинеры, адъютанты в ботфортах бегали, натыкались друг на друга, одни ища кого-нибудь, другие неся приказы императора. Те, кого звали, являлись, запыхавшись и не зная, что их ожидает. Приглашённые в первые дни выходили минуту спустя, большею частью с радостными лицами, с красной или голубой лентой через плечо.
Я видел, как выходил таким образом из кабинета с голубой кавалерской лентой граф Николай Зубов, пожалованный чином обер-шталмейстера за то, что первым принёс Павлу достоверное известие о его восшествии на престол. Впрочем, это было время беспрерывных метаморфоз. Те, кто был велик и значителен при Екатерине, за малыми исключениями ввергались теперь в забвение и ничтожество. Появлялись новые лица и в короткое время делали себе неслыханную карьеру. Все министры были сменены.