– Ну-ка, иди сюда! Надень.
Они были великоваты, но совсем немного. Если подпоясать и подвернуть – то прямо замечательно. Здесь же нашлась и плотная водолазка длиной до середины бёдер, и даже куртка практически моего размера, только что по росту длинновата. Сапоги, правда, пришлось оставить свои.
– Ну вот, – довольно осмотрел меня Денис, – хоть на человека стала похожа. Скажи спасибо, что оружейку пока не перенесли в охотничий домик, а то точно домой бы тебя сейчас отправил – переодеваться.
***
Заснеженными тропками мы пробирались куда-то в лес. За спиной у Дениса висело ружьё, сам он тоже оделся по-охотничьи. И кто бы знал, как ему это всё шло! Я даже не могла на него смотреть – у меня от восторга перехватывало дыхание и мокрели трусики. Я таких мужиков ещё ни разу в жизни не видела, вот честно! Он был словно Арес – Бог войны, и всё, что меня сейчас хотелось, это быть к нему поближе.
Вышли к реке, остановились.
– Видела бы ты, как здесь осенью красиво бывает. Берёзы на том берегу жёлтые, а понизу, над водой, вон те кусты, видишь, – они кроваво красные. А сверху сосны зелёные. И синее-синее небо. Прямо как на картинке.
– А мне и сейчас нравится. Никогда ещё не бывала в зимнем лесу.
Денис посмотрел на меня как-то тепло, спокойно. Так, наверное, смотрят отцы на своих дочек, и мне вдруг захотелось, что бы он обнял… Но он только снял с плеча ружьё.
– Стреляла когда-нибудь?
Показывал, объяснял, ловко попадал в засохшее дерево. Сначала посылал меня через снежную целину проверять меткость, а потом, когда я была уже в мыле, со смехом признался, что у него есть бинокль. Глядя, как ловко и любовно он обращается с оружием, я млела. Сила, опасность, а вместе с ней защищённость – странный коктейль эмоций, который возбуждал, заставлял вглядываться украдкой в его серьёзные серо-зелёные глаза и упрямый, поросший лёгкой щетиной подбородок и кокетливо хихикать над каждой шуткой.
Стрельнула я всего пару раз, потому что, не смотря на исчерпывающий инструктаж, первый раз поймала такую отдачу в плечо, что в глазах потемнело, и снова заныл бок. А второй и вовсе – получила прикладом по челюсти, аж зубы клацнули. Денис взял меня за подбородок, осмотрел место удара, и меня захлестнула вдруг странная, незнакомая раньше жажда покорности. Именно ему. Я прижала его тяжёлую ладонь к своей щеке.
– Холодненькая такая, если подержать вот так – точно синяка не будет…
Он поддел пальцем кончик моего носа. Усмехнулся.
– Гостинчик от зайчика хочешь?
– В смысле?
Денис хитро подмигнул и вынул из кармана что-то завёрнутое в бумагу. Оказалось два бутерброда – чёрный хлеб с салом и горчицей.