– Кто, по вашему мнению, ее убил? – с задумчивым видом спросил прокурор. – Вы кого-нибудь видели входящим или выходящим из бассейна?
– Ну… в тот вечер я видел там всех, – пожал плечами Билл. – Почти всех – и Париса, и Николь, и Даниэля… Я не знаю, кто мог ее убить. Может, Парис ради выигрыша?
– Благодарю вас, мистер Картер, – сказал прокурор. – Это было очень познавательно. Ваша честь, – обратился он к судье. – У вас есть какие-либо вопросы или замечания к данным свидетелям? Или перейдем к мисс Смарт и убийству следователя Шанталь Уайт?
– Я свои замечания выскажу в конце слушания. А пока перейдем к убийству следователя, – сухо отозвался судья. Его лицо сохраняло невозмутимо-нейтральное выражение, совершенно не позволяя присутствующим понять, убедили ли его доводы обвинения.
Прокурор уважительно кивнул и обернулся к длинноволосой блондинке, сидящей рядом с Парисом.
– Мисс Смарт, сейчас я хочу задать вам еще несколько вопросов, – сказал он. – В начале нашего заседания вы сказали, что мистер Ксенакис позвонил вам после убийства Эшли и, угрожая пистолетом, приказал выдать себя за следователя Шанталь Уайт. Вы также сказали, что он убил сначала Эшли, потом Шанталь – опасаясь, что та раскроет его преступление, а потом убил и Николь. Правильно?
– Да, – тихо пробормотала молодая женщина, глядя в пол.
– Это ваше предположение? Или мистер Ксенакис признавался вам во всех трех убийствах?
– Он мне признавался, – сдавленно ответила Анна Смарт.
– Она все врет! – снова сорвался на крик Парис. – Я ни одну из них не убивал, и ни в чем ей не признавался!
– Мистер Ксенакис, я даю вам последнее предупреждение, – недовольно отозвался судья. – Иначе вы будете выдворены, и мы продолжим без вас. Я полагаю, прокурор даст вам возможность прокомментировать эти заявления.
– Благодарю, ваша честь, – почтительно кивнул прокурор. – Итак, мисс Смарт, расскажите нам, пожалуйста, мистер Ксенакис говорил, как и чем именно убивал своих жертв?
– Нет, – растерянно покачала головой женщина.
– Он поделил с вами полученный выигрышный чек? – продолжал допрос прокурор.
– Да, – призналась она. – Да, потому что, заставив меня выдавать себя за убитую им Шанталь, он тоже толкал меня на преступление. Но у меня не было выхода… я не хотела повторить судьбу этих бедных убитых женщин, – всхлипывая, добавила она.
– Понятно, мисс Смарт. Благодарю вас. Мистер Ксенакис, если у вас есть, что сказать в свою защиту, пожалуйста, прошу вас, – повернулся к нему прокурор.
– Она врет… – чувствуя, что все показания оказываются против него, в отчаянии пробормотал Парис. – Я ей позвонил, это правда, когда узнал, что едет следователь Шанталь, и сказал, что если ей удастся не допустить ее приезда, то мы вместе сможем получить выигрышный чек. Она, не задумываясь, согласилась. По дороге к отелю «Утопия» Анна убила настоящую Шанталь, взяла ее очки и провела вместо нее следствие. И все. Потом Николь выписала мне чек, и мы уехали. Крови на мне нет, поверьте мне.