До задремавшего Сашки донесся свисток маневрового тепловоза и стук колес по рельсам. Со стороны Волгограда тепловоз тащил за собой более дюжины железнодорожных платформ. В самом конце состава был прицеплен деревянный крытый вагон с дверным проемом посередине. Вскоре несколько армейских ЗИЛов и Уралов, свернув с трассы, подъехали к стоявшей колонне. Прозвучала команда «строиться». Вставать после обеда невыносимо лень, но кого это интересует? Предстояла загрузка боеприпасов в танки. На грузовиках прибыли бойцы второй танковой роты. Из кузовов солдаты стали выгружать большие деревянные ящики защитного цвета и по двое подносить их к танкам. Внутри находились 125-миллиметровые осколочно-фугасные снаряды и заряды к ним, упакованные в узкие зеленые «бидоны». Щербаков помогал разгружать, в паре с кем-нибудь из бойцов перетаскивая тяжелые, килограммов по тридцать, ящики.
Железнодорожник закрепил притащенные на запасной путь вагоны железными «башмаками» и неторопливо удалился в сторону станции. Тепловоз, коротко свистнув, укатил в сторону Волгограда.
Лейтенант Абдулов подозвал к себе Щербакова: «Сейчас пойдешь, получишь вон в том Урале спальные мешки. Возьмешь двух бойцов и перетаскаете их в вагон», – он ткнул пальцем сначала в стоящий неподалеку Урал, затем в сторону железнодорожных путей и коричнево-красного товарного вагона с настежь распахнутой посередине дверью. «Морозов, Степанчук, – Олег подозвал двух бойцов из второй роты, прибывших на автоколонне, – идёте с лейтенантом Щербаковым», – он развернулся и быстро зашагал к танкам, на которых солдаты начали загружать в конвейер боеприпасы. Щербаков двинулся к Уралу, около которого лежала груда зеленых спальных мешков, что-то завернутое в грязную простыню и большой картонный ящик. Из кабины выпрыгнул немолодой усатый старший прапорщик.
«Где вы ходите? – обратился он к Щербакову. – Давай быстрей накладную подписывай, а то и так опаздываю. Здесь всё уже посчитано, не ссы, всё на месте», – он протянул ручку и накладную без номера и без даты, в которой числилось:
Мешок спальный – 33 шт.
Вкладыш – 66 шт.
Мыло 80% – 33,2 кг.
Белье нательное – 100 комплектов.
Далее шла подпись: НВС в/ч 22220 гв. м-р Никитин, выдал ст. пр-к Почтаренко. Напротив слова «получил» Александр написал: «л-т Щербаков» и, не пересчитывая вышеуказанного, поставил свою подпись. «Потом посчитаю, раз так прапор торопится», – решил лейтенант. Урал, развернувшись, уехал в сторону Волгограда, поднимая клубы пыли. Щербаков с бойцами принялись пересчитывать указанное в накладной. Как ни странно, всё оказалось в наличии. Лишь количество мыла точно не определить, но на вес ящик был достаточно тяжелым. Теперь предстояло всё перетаскать в вагон, находившийся довольно далеко от этого места. Чтобы сократить время и помочь бойцам, лейтенант тоже включился в процесс переноски. Пока один отдыхал, сидя на ящике с мылом, двое других носили взятое из кучи и закидывали в дверной проём товарного вагона. Таская мешки, Сашка видел, как остальные танкисты через верхние люки в башнях танков загружают тяжелые снаряды и заряды. «Видимо, не так просто загрузить конвейер, раз меня послали мешки таскать», – с некоторой обидой подумал Щербаков.