Проходящие мимо воины вели себя по-разному. Некоторые из них трижды крестились, отворачиваясь от волхвов. Но таких было немного. Некоторые низко кланялись, принимая благословение волхвов на смертный бой, но большинство и крестилось, и одновременно с этим принимало языческое благословение.
Воины шли быстро. У многих в руках были факелы, освещавшие коридор неровным дрожащим светом. Для Нежданова время на дорогу в обратную сторону показалось раза в два короче, чем когда он впервые шел по подземелью. Вскоре над головой были уже развесистые кроны деревьев, а по сторонам были стены ему известного каменного мешка. Воины шли осторожно, не производя ни малейшего шума. Не верилось, что рядом, здесь, в лесу, находится полтысячи вооруженных человек.
А спереди уже доносились яростные крики и лязг оружия. Нежданов начал осторожно пробираться вперед. Весь лесок был запружен скрывающимися воинами. Однако его пропускали, едва поняв, кто это лезет мимо. Осторожно раздвинув кусты, Нежданов выглянул из-за них.
Все обширное свободное пространство до далекого леса было усеяно множеством людей. Большинство из них были на конях. Они разъезжались, сходились снова в рубке, снова расходились. На земле лежало много убитых людей и лошадей. Кони без всадников, многие из них раненые, беспорядочно носились между сражающимися людьми, внося еще большую сумятицу. Изредка конские массы в центральной части пространства расходились, становились в круг и затем снова мчались друг на друга. Там отчаянно рубились княжеская дружина и личная тысяча Куремсы.
Отсюда, из леска, видно было, как русские понемногу пятятся назад. Все громче звучали победные воющие крики ордынцев. Наконец сражение откатилось настолько, что лес, где скрывалась засада, оказался уже в их тылу. И тогда по лежащим в засаде воинам из конца в конец пронеслась громкая команда, и ратники, выскочив из леса, во весь дух понеслись на ордынцев. Увлеченные схваткой, в предвкушении победы, те не видели, что творится у них за спиной. А когда кто-то из них случайно обернулся и испуганно завопил, было уже поздно. Полтысячи ратников, бежавших до того молча, завопили что было сил и с ходу врубились в тыл ордынцев. В ход пошли сначала луки, а затем длинные пики, мечи, булавы, все то, чем можно принести смерть врагу.
Тысячник Куремса проморгал ввод в действие засадного отряда князя Даниила Галицкого, в то время, как у него самого резервов уже не было. Полтысячи свежих ратников моментально повернули ход сражения. Ордынцы бросились наутек.
Нежданову и находящимся рядом с ним воинам выпало сражаться с пешими ордынцами, потерявшими коней. Огромный воин без шлема на голове и в странной одежде, но с большим щитом и длинным мечом, производил в толпе монголо-татар, привыкших сражаться не в пешем, а в конном строю, катастрофические для них опустошения. Он находился на острие атаки, а другие ратники, поняв его силу и умение, защищали его с боков и сзади. Выстроившись большим клином, в острие которого был Нежданов, большая группа воинов, находившаяся вместе с ним, как горячий нож масло разрезала боевые порядки ордынцев и погнала их. Сражение окончательно перешло в избиение поверженных степняков.