Жалобно стенающего ордынца куда-то повели, а князь подошел к Нежданову, внимательно посмотрел в его глаза, хлопнул его по груди.
– Поостри сырдця своего мужеством, – громко сказал он, обращаясь не только к нему, но и к стоявшим вблизи ратникам, – за землю Русьскую! И почнем славу рокотаху!
Князь резко повернулся и ушел в здание, уведя с собой дочь, улыбнувшуюся напоследок Нежданову. Один из дружинников поманил его за собой и отвел в один из находящихся сбоку домов.
В большом прямоугольном помещении, уставленном длинными столами, у которых стояли лавки, раздавался приглушенный гул голосов. Множество ратников сидело за столами, уставленными глиняными горшками и мисками с едой. Когда Нежданов, резко выделяющийся своей одеждой, вошел в помещение, гул голосов стих. Сидящие за столами удивленно рассматривали его. Приведший Нежданова воин прикрикнул на них. Все снова уткнулись в свои горшки и миски. Мало-помалу шум снова возобновился. Но и теперь время от времени Нежданов ловил на себе чей-нибудь заинтересованный взгляд.
Едва Нежданов и его сопровождающий устроились на лавке, как перед ними какая-то женщина в длинной вышитой рубашке с платком на голове поставила горшки и положила деревянные ложки. В одном горшке оказалась уха, в другом гороховая каша из цельных горошин. Дальше она принесла фаршированную грибами тушеную рыбу и небольшие туеса с квашеной капустой. На столе горкой лежал нарезанный подовой черный хлеб. А завершала обед большая кружка холодного немного кисловатого кваса. Ни на одном столе не было видно мяса – ни дичины, ни убоины, а также не было никаких молочных блюд.
– Так сейчас же март, у них Великий Пост, – догадался Нежданов.
Как хороший историк, он знал, что было разрешено употреблять в пищу в древние века во время поста. Судя по подаваемой пище, здесь, в Кременецком замке, пост соблюдали, хотя Нежданов и знал, что во время боевых действий воины могли отойти от строгого соблюдения церковных законов. Впрочем, он уже был свидетелем того, что христианские заповеди здесь еще соседствуют с еще более древними верованиями, когда дочь князя отвесила поклон каменным идолам.
За столами долго засиживаться им не пришлось. Кто-то вбежал в дверь, громко выкрикнул команду, и все бывшие в трапезной ратники выбежали наружу. Вскоре на широкой площади в пешем строю, выстроившись полукругом, находились полтысячи человек, разбитых по сотням, каждая под своим стягом. Нежданов присоединился к одной из сотен. Он отдал соседям луки с колчанами, рассудив, что те с ними все же лучше управятся, чем он сам. Старший в сотне позвал Нежданова с собой и завел его в огромный подвал, оказавшийся арсеналом, где на полках еще оставалось много оружия. Там порознь лежали мечи, копья, топоры, булавы. Были шлемы, кольчуги, щиты. Однако не было ни одного лука. Все шлемы и кольчуги на Нежданова не налезали, были слишком малы.