А сейчас Буденный, переглянулся с Михайловским и крутнув отрастающий ус, уточнил:
– На чем думаешь ехать?
Я пожал плечами:
– На байке мотнусь. С Бергом. За час, если не быстрее, доедем. Это ж не лошадка…
И получил отлуп:
– Не пойдет. Наши-то патрули, намедни, банду в два десятка голов прищучили, а ты тут почитай только с Женькой катить собрался.
Удивившись ответил:
– Семен ты что? Банду аж в тридцати верстах отсюда накрыли…
Но казака поддержал комбат-3 Городецкий. Неуемный поляк сразу начал с наездов:
– Брось, командир. Правильно Семен Михайлович говорит! Ехать надо на грузовике с охраной. Ты ведь теперь не просто комбат, а цельный комбриг! Это по-старому считай – генерал! – на секунду задумавшись он (похоже неожиданно даже для самого себя) добавил:
– И броневик взять.
На мое слегка матерное удивление, шумно ответили остальные участники совещания, а зампотех Збруев присовокупил:
– «Пятерке» после ремонта все равно обкатка нужна. Так что она и поедет.
В общем, дальше спорить я не стал и успокоенные соратнички меня отпустили. А пока ехал, помимо прочего, еще обдумывал пришедшую в голову мысль. Вот ведь правильно говорят, что сначала ты работаешь на репутацию, а потом репутация работает на тебя. И сегодня произошел знаковый диалог. Получается, что больше никому ничего доказывать не надо. Смелость подтверждать, влезая в самое пекло, тоже не надо. Отношение ко мне изменилось, и ребята этого просто не допустят. Блин такое впечатление что даже если я в панике рвану прямо с поля боя с криками «а-а-а, мы все умрем!» народ это опишет как – «наверное, командир, за патронами побежал». С одной стороны, приятно – уважают черти! Но с другой, особо почивать на лаврах все равно не выйдет. И новеньких много, перед которыми по любому надо хвост распушать, да и обучение личным примеров завсегда гораздо действеннее. Просто не хотелось бы уподобляться замполитам Советской армии, которые вместо «Делай как я!» всегда говорили: «Делай как я сказал!».
Под эти размышления мы и доехали до места где я и развил бурную деятельность ставя начальство перед фактом скорого убытия бригады в немецкий тыл. Заморочек и согласований было много, но до ночи управились и у меня наконец появилась возможность навестить свою зазнобу.
* * *
А ранним утром двадцать пятого сентября (небо чистое на воде легкая зыбь) стоя рядом с командованием фронта, мы наблюдали погрузку бригады на морские транспорты. Шум и ор стоял до небес. Сквозь этот гам, от стоящей в очереди на погрузку роты, доносились переливы гармошки и задорный звонкий голос выводил частушки на злобу дня: