— “Марагос…!”
— “К твоему счастью, я — не Марагос”. — Элин свысока, — в буквальном смысле, — смотрел на симбионта, испускающего жажду убийства столь невероятную, что проняло даже анимусов на стенах. Было ли причиной то, что в этот раз симбионт воспринял Элина всерьёз, увидев в том силу и черты злейшего врага его расы, или же ему просто не понравилось лишаться кожи, развоплощённой чёрными молниями — вопрос, ответить на который анимус не мог. — “Иначе ты бы уже молил о милосердии, как забитая шавка”.
— “Если ты — не Он, то откуда у тебя его Слуга?”. — В один миг сняв барьеры, симбионт взмыл в небо, зависнув на одном уровне с перерождённым. — “И структура защиты твоего разума… она слишком похожа на то, что используем мы”.
— “На моём личном кладбище, предназначенном для симбионтов, твой труп будет далеко не первым, Давор”. — Элин выждал половину секунды, чтобы симбионт осмыслил услышанное и растерялся, после чего перешёл в решительное наступление. Перерождённый завладел инициативой, но его оппонент был слишком стар для того, чтобы так просто поддаться на провокацию. Образовавшаяся от столкновения двух техник ударная волна подняла ужасный ветер, поваливший уцелевшие деревья и заодно окончательно убедив Кацелиана в том, что рядом с Китежем разворачивается отнюдь не обычный бой.
Симбионт использовал техники, и делал это столь умело, что мог бы поспорить в этом с опытнейшими анимусами великого города!
Тем временем небо над Китежем расколола ярчайшая изумрудная вспышка, и симбионт, принявший очередной удар перерождённого на барьер, вынужденно отступил на несколько сотен метров, заметно удалившись от едва не пострадавших городских стен. Элин активно прощупывал защиту своего оппонента, параллельно пытаясь отыскать его сородичей… но пока всё складывалось так, будто Давор из-за какого-то смешного совпадения прибыл сюда в одиночку.
Самодеятельность, или лорды симбионтов не посчитали угрозу достаточно весомой?
В мановение ока обладающий огромной физической силой симбионт сократил дистанцию, вгрызшись вымахавшими до двух метров в длину когтями в оперативно сформированные барьеры перерождённого. Те не смогли выдержать удара без вреда для себя, но Давор по меньшей мере увяз в чужой аниме, так и не дотянувшись до своей цели. Элин же, позволив симбионту как следует увязнуть в барьерах, захлопнул ловушку, зажав его меж четырёх плоскостей, каждая из которых представляла собой в том числе и структуру простейшей ударной техники.
Из четырёх синхронных взрывов до симбионта дотянулся лишь один, но и этого хватило для того, чтобы не ожидавший такой ловушки демон лишился одной из своих уродливых ног. Вниз хлынула бутафорская чёрная кровь, а Элин, стремясь развить успех, оказался прямо над головой Давора, который, в свою очередь, уже направил вверх поток обжигающе-огненной анимы. И тут бы перерождённому просто уклониться, но использованная симбионтом техника оказалась не столь проста.