А мгновение спустя я увидела бирку – и вот тогда уже затряслась всем телом.
«Рука духа-контактера Питера Квика, – гласила надпись. – Материализован мисс Селиной Доус».
Я покосилась на мистера Хизера, все еще смотревшего на младенческую ручку и довольно кивавшего; а потом не удержалась и, невзирая на бившую меня нервную дрожь, подалась вплотную к стеклу. Разглядывая уродливый восковой слепок, я вспомнила худенькие пальцы Селины и тонкие пястные косточки, отчетливо выступающие под кожей, когда она вяжет желтовато-серый тюремный чулок. Сравнение казалось поистине ужасным. Внезапно я осознала, что стою перед шкафом внаклонку, затуманивая стекло частым дыханием. Я выпрямилась, но, вероятно, слишком резко: у меня на миг потемнело в глазах, и мистер Хизер проворно подхватил меня под локоть.
– Вам нехорошо, мисс Прайер? – воскликнул он.
Пожилая читательница вскинула глаза и испуганно прижала к губам руку в грязной белой перчатке. Брошюра опять упруго захлопнулась – и свалилась со стола на пол.
Я сказала, что из-за наклонной позы у меня закружилась голова, вдобавок в комнате очень жарко. Мистер Хизер принес стул и усадил меня – прямо напротив шкафа, при одном виде которого я опять содрогнулась. Но когда дама, привстав, спросила, не принести ли воды и не позвать ли мисс Кислингбери, я ответила, что мне уже лучше, не стоит беспокоиться, благодарю вас. Мистер Хизер внимательно разглядывал меня, но с полным спокойствием; я заметила, как он скользнул глазами по моему плащу и платью. Сейчас я понимаю, что, вероятно, там часто появляются дамы в трауре, которые утверждают, что лишь случайность и любопытство заставили их войти и подняться по лестнице; возможно, кто-нибудь из них даже падает в обморок у выставочного шкафа. Когда я опять посмотрела на жуткие слепки за стеклом, взгляд и голос мистера Хизера смягчились.
– Они немного странные, конечно, – сказал он. – Но все-таки совершенно восхитительные, правда?
Я промолчала: пусть думает что душе угодно. Мистер Хизер снова рассказал про расплавленный воск, холодную воду, погружение в них конечностей, и теперь я наконец успокоилась.
– Надо полагать, медиумы, вызывающие духов для снятия с них слепков, чрезвычайно умны? – спросила я.
Лицо мистера Хизера приняло задумчивое выражение.
– Я бы сказал, они скорее могущественны, нежели умны. В части умственных способностей они не превосходят нас с вами. Но ведь духовный дар – совсем другое дело.
Далее он пояснил, почему скептики зачастую считают спиритическое сообщество «сборищем разношерстного сброда». Духам некогда обращать внимание на возраст, общественное положение и «тому подобные земные различия»; они ищут дар медиумизма, разбросанный среди людей, как семена в поле. Высокой восприимчивостью к духовному миру может быть наделен как какой-нибудь знатный господин из числа ваших знакомых, так и его служанка, которая ваксит башмаки хозяина в кухне.