Анис не оказалось дома, и Тан-Тан отправился в ее рабочее помещение. Иногда он ходил туда, зная, что ее там нет. Ему нравилось находиться среди ее вещей, разглядывать яркие стены комнаты и мягкие подушки; и представлять, как она насажена на него, как на вертел, и осыпает его горячими поцелуями. Особенно после того, как он плохо себя вел. А такое случалось, он был неидеален. Но свои обещания не нарушал. Папа ему говорил, что мужчина, не способный держать обещания, не стоит грязи на сандалиях, — и был прав.
Его жена, думал он, обладала необычайной способностью заставить мужчину позабыть, кто он и что он, втянуть его в состояние измененного сознания. До того, как они покончили с сексом, он после их утренних занятий любовью вплывал в здание фабрики точно во сне и приходил в себя только от окрика начальника. Не из-за этой ли самой сонливости у Анис рождались те диковинные водянистые недосущества, из-за которых она была так несчастна?
Он понятия не имел, что готовило им будущее, но зато знал, что со своей стороны был с ней честен. Ему нужно было держать свое тело подальше от жены — и он выполнял это условие неукоснительно. Она же заявила, что больше не хочет заводить детей, и он усвоил высказанное ею желание.
Ей непросто далось сказать ему «Нет!» — и где-то в глубине души он даже восхищался ею.
Поэтому, когда она душилась и ее пальцы пробегали по его телу, он знал, что из них двоих должен быть сильнее. Женщина еще может попытаться предупредить беременность — следя за фазами луны или воспользовавшись специальным колпачком, но все знают, что гарантий нет никаких. Одно неверное движение — и дело сделано, а ему очень не хотелось в очередной раз увидеть искаженное страданием лицо жены. Или рассердить ее, заставить упрекнуть в том, что он, мол, воспользовался ее слабостью. Анис в делах любовных никогда не могла удержать себя в узде. И не было смысла заводить с ней долгий нудный разговор, к каким привыкли женщины. Это лишь привело бы к новым спорам и ссорам. Так что если воздержание — необходимость, а они сошлись на том, что это так, то какой смысл снова и снова толочь воду в ступе? Вот когда они оба состарятся, тогда он снова сможет заниматься сексом со своей все еще симпатичной женой. Он слыхал, что в сорок пять у женщин опять наступает чудесная пора для любви.
Когда ему становилось невмоготу бороться с похотью, он сосредоточивался на этой проклятой половице, все еще вонявшей жидкими младенцами. И, как и у большинства мужчин, у него в запасе были и иные, менее необычные варианты.