— Зато теперь я понял, от чего, скорее всего, погибли керели, — торжественно заявил Сева и, убедившись, что привлек наше внимание, добавил. — От банального перенаселения. Представьте, что каждая из женщин родит хотя бы по десять детей, это за длинную жизнь совсем немного. Половина, то есть пять девочек нарожает в свою очередь по десять… Короче, надо строго ограничивать размножение и уже сейчас начинать контролировать демографическую ситуацию.
— В этом нет необходимости, — неожиданно мягко и даже с ноткой сочувствия возразил Росс. — Мы — бессмертны. Но только мы. Нулевое поколение. Наши дети — уже нет.
— Но почему? Это же несправедливо! — возмутилась Надя, и я с ней согласилась. Каково это: видеть не только, как твои дети растут и взрослеют, но и как стареют и умирают? Опыта такого у меня, к счастью, ещё нет, но не думаю, что это приносит какую-то радость.
— Жизнь вообще несправедливая штука, — вздохнул Сева, глядя на сияющего Дета. — Например, часто тот, кого ты считал дурным, оказывается лучше махрового эгоиста, скрывающегося под маской.
— А вот и нет, — непонятно почему снова обиделся Росс. — Я тоже считаю, что не стоит расстраиваться. Всё равно ничего изменить мы не можем, так чего зря страдать? Если кто-то захочет совершить демонстративную акцию протеста против возможности вечной жизни, пожалуйста, река вот она, рядом, топитесь! Или лучше завещайте своё тело науке, тогда я сам с удовольствием помогу избавиться от опостылевшего существования.
— Расстраиваться, действительно, не стоит, — подумав, согласился Илья. — Но и радоваться особо нечему. Сколько уже погибло «бессмертного» народа, и сколько погибнет ещё? Жизнь всё равно не вечная.
— Но времени на исследование аномальных зон должно хватить, — возвращаясь к своему обычному, ехидному тону, добавил Росс.
Недавние события подали мысль поподробнее изучить особенности зрения всех трёх видов. Решив использовать для этого доступные высокие технологии, я долго уговаривала математика сделать мне специальную программу, чтобы потом, используя широкий спектр цветов и оттенков, протестировать не только своих, но и выложить её в Интернет.
— Ладно, но только на твоём компьютере, — поняв, что оправдания «я же не программист» мной игнорируются, согласился Игорь.
Я кивнула. Требование совершенно справедливое, учитывая, что общий ноутбук практически не простаивал, используясь по очереди. Честно говоря, в последние дни я всё чаще задумывалась над вопросом, а не позволить ли пользоваться моим компьютером всем, разумеется, с условием, что первый приоритет останется за хозяином. Сообщив это математику, передала ему кулон и, показав, как включается, отправилась ловить рыбу.