– Куда именно?
– Куда-нибудь в окрестности Петербурга или дальше. У нас клиника уж больно известная. Если ее захотят убить, то здесь сделать это будет проще всего.
– Я подумаю над этим.
Я вышла из кабинета и пошла в направлении центрального выхода. В машине сидел Бульдог и угрюмо посматривал на всех выходящих из дверей клиники людей. Я открыла дверь машины и плюхнулась на заднее сиденье.
– Куда едем? – спросил Бульдог.
– На дачу. Куда ж еще?
– Ты устала?
– Наверное.
Я закрыла глаза и заснула. Мне приснилась то, о чем с таким увлечением рассказывала Юлька. Это была смерть. Она и в самом деле оказалась чертовски красивой и притягательной, если, конечно, мы с Юлькой видели одно и то же. Я была настолько поражена этой красотой, что просила смерть не уходить и забрать меня с собой. Но она улыбнулась и помотала головой, едва слышно сказав, что мне еще рано…
Я открыла глаза и оглянулась. Я лежала на заднем сиденье автомобиля. Бульдог, положив голову на руль, громко храпел. Бедный мой преданный друг Максим! Он чертовски устал и, по всей вероятности, ничуть не меньше, чем я сама. Скорее всего, он не смог больше вести машину и решил немного поспать. Уже совсем поздно.
На улице темень, хоть глаз выткни. Вокруг сосновый лес.
Наверное, мы оба уснули по дороге на мою дачу. Сначала я, а потом Бульдог. Я повертела плечами, чтобы немного размяться, и подумала о том, что десять дней, проведенных в больнице, конечно же, не могли не дать о себе знать. Бульдог – и тот так умотался, что больше не смог терпеть: сон его одолел. Я много времени провожу за рулем и прекрасно знаю, что значит вести машину в полусонном состоянии. Глаза слипаются, руки не слушаются, голова не соображает. Можно уснуть за рулем так быстро, что сам этого не заметишь.
Я решила сходить в туалет, не тревожа Бульдога. Он устал не меньше моего, и я просто обязана дать ему возможность отдохнуть.
Осторожно открыв дверь, я прошмыгнула на темную полянку, окруженную кольцом молоденьких сосенок. Оглянувшись на машину, я спокойно вздохнула. Бульдог по-прежнему храпел, он даже не слышал, как я хлопнула дверью.
Зябко поежившись, я попыталась вглядеться в темень соснового бора. И вдруг я почувствовала, как в животе неприятно заныло, закружилась голова. Какое-то страшное предчувствие беды сковало мое тело. Мне показалось, что я сейчас потеряю сознание. Ерунда, попыталась успокоить я себя, мне здесь ничто не угрожает. Это просто нервы. Десять сумасшедших бессонных дней выбили меня из колеи. С психикой творится черт знает что!
Необходимо взять себя в руки – иначе можно умом тронуться. Я здесь в безопасности…