- Ты Альфаир, ты сейчас среди людей. Тебе проще.
- Мика, а ты? – Мо обращается к Доминике. Чувство неловкости заставляет его попытаться вернуть все как было до того, как они сцепились из-за Фарида. А ведь и было бы из-за чего. А теперь – неловко, что сорвался. И неприятно, что слава о физической силе Роксов оказалась непреувеличенной. Это ужасно неприятно – сознавать, что женщина может согнуть тебя в бараний рог. Ну, или попытаться, всерьез попытаться.
- Не знаю, Мо, – она тоже, похоже, полна желания забыть об этом эпизоде. – Не могу пока понять, что не так.
Квартет кифэйев снова оборачивается к реке.
- А вы никогда не думали – откуда это постоянное одиночество? Почему нас не знакомят друг с другом? Почему – всегда один? Вам... вам это не мешало? – голос Михаила звучит вроде бы ровно, но они все чувствуют, сколько за этими словами.
- Было время, – Мо тоже говорит негромко, – когда меня это убивало. В детстве.
- А нас это стало убивать, наоборот, после инициации. Когда пришлось расстаться.
И Мо, и Михаил смотрят с удивлением на обнявшихся девушек.
- Это как?
Лина продолжает все так же задумчиво разглядывать реку, и отвечать приходится Мике.
- У нас было... хорошее детство. У нас мать – Томал.
- Ты же говорила – отец?!
- И мать, и отец. Они оба – Томалы. Линке было хорошо, ведь мы росли возле воды. А мамина Обитель – горная река, такая... холодная, быстрая. Гордая. На местном языке – Белая Вода. Течет по ущелью, между хребтами, – голос Мики звучит слегка так... заворожено, словно видит она перед собой не скованную льдом зимнюю реку, а отвесное ущелье, по которому, вскипая пеной, несется холодная и гордая Белая Вода. – Мне там тоже хорошо было – горы же вокруг.
- Ну да, вам люди не нужны.
- Нет, – пожимает плечами Мика. – И вообще – у меня была Линка. А у нее – я. Но вот потом...
- Что – потом?
- Неважно, – прерывает рассказ сестры Лина. – Миш, а что сказала Соня? Ты же с ней потом говорил?
- Да. Она едет к нам. Точнее, летит. Не знаю, сколько у нее это времени займет. Думаю, завтра может быть уже в Благовещенске.
- А она... ей это по карману?
- Вполне. Она у нас девушка обеспеченная. Управляющая пабом. Владелец в ней души не чает и денег не жалеет.
Кифэйи понимающе переглядываются. Это больная тема всех без исключения Хранителей. Мистика мистикой, сверхспособности – сверхспособностями, но на жизнь извольте, господа кифэйи, зарабатывать себе сами. А возможности у тебя, если ты живешь в глуши, весьма ограничены. Да и про Альфаиров больших городов ходили разные слухи. Говорят, что Альфаир Новосибирска – дворник, самый обыкновенный. Впрочем, про Альфаира Москвы ходили слухи прямо противоположные, так что и верилось-то с трудом, неужели вот ОН – Альфаир? Впрочем, на то они и слухи. В жизни кифэйев их было с избытком, причем самых причудливых. Взять хотя бы то, что рассказывали про старших Лейфов – в это же просто невозможно поверить! А с другой стороны... Но они, все четверо, самые рядовые кифэйи, за исключением Мо все самого нижнего, первого уровня. Рабочие лошадки дела кифэйского, если можно так сказать. На пропитание бы себе заработать – и ладно. На то, чтобы выехать куда-то, повидать родных, приходилось копить – не только энергию для создания димфэйя, но и банально деньги. Поэтому то, что София смогла так быстро, без труда сняться с места – это было... хорошо. Хоть кто-то в их банде обеспеченный.