Им с Даниэлем слышно, как за дверью шумят восторженные поклонники ее таланта.
- Ты была сегодня просто на высоте. Превосходна, как никогда, детка, - говорит певец.
Элоиза расслабленно откинулась на спинку стула.
- Странно, что твоего поклонника еще нет здесь, - произнес Даниэль.
- Он придет, - улыбнулась прима, - Он неприменно будет здесь и минуты на минуту. Я даже слышу его шаги, - мечтательно добавляет она.
- Выдумщица! - сказал Даниэль со смехом, но тут внешний шум стихает и в двери гримерки вежливо стучат.
- Я же говорила! - молодая женщина вскочила со стула и почти бегом направилась к двери. Она схватилась за сворки и резко распахнула их и тут же замерла. Ее улыбка стала медленно гаснуть.
- Генри? - только и смогла она произнести.
Барратт шагнул мимо нее с огромным букетом роз.
- А где Северин? - спросила Элоиза, закрыв дверь и приняв из рук Генри букет.
- Там все написано, - кивнул тот на небольшой конверт, вложенный между цветов. Элоиза поспешно схватила его и отшвырнув цветы, вскрыла, пробежала глазами по ровным строчкам. Несколько секунд и конверт полетел вслед за цветами. Лицо молодой женщины исказила маска гнева. Она топнула ногой, зло взглянув на того, кто принес ей этот злосчастный букет.
- Как он мог!? - закричала она, - Ненавижу!!!
Генри попятился к двери.
- Поздравляю с дебютом, - сказал он и выскочил из гримерки.
Элоиза заметалась по комнате. В дверь, вслед Барратту, летели расчески и вазы, букеты и предметы одежды. Она швыряла все, что только попадало ей под руку. Даниэль сжался на софе, то и дело уворачиваясь от опасных снарядов женской ярости, пролетавших над его головой.
- Это из-за той девки! - прошипела Элоиза, когда швырять в ни в чем не повинную дверь стало нечем, - Его потянуло на чистое и невинное, видите ли! - почти выплюнула она слова. В прекрасных глазах молодой женщины плескалась ярость.
- Он еще пожалеет, что бросил меня, - сказала она. Ее грудь бурно вздымалась, а полные губы изогнулись в зловещей улыбке. Она знала, как отомстить. И для этого ей нужен был ее брат.
Все города в нашей стране почти дышали средневековьем. Никаких веяний прогресса. Здесь до сих пор по ночам улицы освещались масляными фонарями, по дорогам тряслись телеги и ездили в каретах. Женщины не знали, что такое стиральная машина, да что там машина - здесь даже не было электричества, уж не говоря об интернете и мобильной связи. Точнее все это было, но только в привилегированных домах знати. Я сама не знаю, почему наш король, а до него его отец и отец его отца, запретили всякие проблески тех знаний, что были в быту у людей.