Я — Ина Айвери. Адептка Магистериума и последняя из рода Айвери, наследующего престол после смерти короля саан. Жив ли ещё Конмар Вартейн? И не состоит ли мой долг в том, чтобы вернуться на Айлис? Но на время обучения я не принадлежу своему роду, имею ли я право вернуться домой?
Так много вопросов и ответов у богини не добиться.
Меня, Минара, Фару и Сайна отвели в одну из свободных пещер в жилой зоне и оставили. Драконы заботились о личном пространстве настолько, что в обжитые пещеры допускались лишь близкие друзья и родственники. Собрать нас в чьей-то пещере было для них нарушением этого негласного правила.
— И что теперь? — спросил молодой дракон, вырывая меня из плена мыслей.
Он возился на полу с какими-то железками серебристого цвета и молчал, впрочем как и все мы, думая о своём.
— Надо вернуться на Айлис, — на Фару было жалко смотреть, за последний час она выплакала столько слёз, что можно было наполнить миску для омовений в храме.
У меня остался только родной мир, а у неё там семья и младшие сёстры. О любви демонов к миловидным наложницам ходили легенды одна страшнее другой, мечтать о счастье в этих отношениях не приходилось. Только бы выжить, а лучше сразу умереть, пока не одарил своим вниманием рогатый монстр. Много времени Семь миров не знали этого ужаса, Айлису напомнят, а там и до других недалеко. Межмирье изолировано и не позволит прийти на помощь Стерегущим Грань.
— Ты смерти захотела? — скептически изогнул правую бровь Сайн Дарэ. — Тебя мама в детстве не пугала рассказами о демонах?
Блондинка в очередной раз всхлипнула, но новых слёз не пролилось.
Демоны. Живущие за Гранью. Истребители живого. Насаждающие огонь. Легенды о них рассказывали о необыкновенной силе и абсолютном подчинении ими огненной стихии. Им всегда было мало и всегда будет мало того, что они имеют. Пожирая, огонь лишь становится ярче и злее. Уничтожая другие миры, демоны становятся сильнее и в этом видят свою суть. Самые красивые женщины порабощённых ими народов становятся их наложницами, рожают им детей. А полукровки становятся армией, что открывает высшим демонам врата других миров. И сейчас эти врата открылись в моём мире.
Солнечный камень, названный драконами янтаритом грел ладонь и словно пульсировал внутри неё, успокаивая. Меня благословила гора. Истерический смешок чуть не сорвался с губ. Несмотря на общение с Изначальными и с Фарейном, я до сих пор не могла поверить, что камень может быть живым. Но крохотное солнце у меня в руке билось в одном ритме с моим сердцем и отзывалось теплом.