Но сейчас она не могла ни о чем думать, потому она лишь ближе прижалась к нему.
- Логан, пожалуйста.
На миг отклонившись от её соска, он зашептал, голос его был очень низким, почти как рычание:
- Я вымотаю тебя, Вишенка, ты останешься совсем без сил, после чего подведу к новой грани. И так раз за разом, а когда ты будешь слишком расслаблена даже для того, чтобы сопротивляться, я просто начну гладить и играть с твоей маленькой киской. Своими пальцами, губами, языком. С каждым разом поднимая тебя выше и выше, пока ты не отдашься мне, а когда ты будешь думать, что больше в тебе ничего не осталось, я наполню тебя каждый дюймом своего члена, и буду доводить тебя до грани, до тех пор пока всё, что ты видишь и чувствуешь - это я. У нас будет долгая и дикая ночь. Первая ночь.
Он вдохнул аромат её кожи, будто пытаясь вобрать в себя всю её, и всё это время не переставая гладить её клитор, описывая нежные круги, тем самым заставляя её тело содрогаться от возбуждения. Она поставила одну ногу на кровать, раздвигая колени шире, и начала извиваться, понуждая его действовать дальше.
- А после, я вновь буду в тебе, и выжму из тебя все стоны, все мельчайшие вздохи, пока эта маленькая киска будет меня сжимать в сладких спазмах экстаза. И так вновь и вновь, и даже после этого я не успокоюсь.
Каждое слово заставляло Тару вздыхать еще громче. Как же сильно ей хотелось забыть боль, омрачающую их прошлое, её жениха, опасную миссию, и просто отдаться наслаждению, которое она знала, Логан способен ей подарить. Желание неслось по венам, со скоростью гоночного болида, сметая с пути все её благородные намерения. Быть с ним сейчас было настолько неуместно по куче причин, но как же ей сейчас было хорошо.
Когда Логан вновь поцеловал её, заставляя еще больше открыться ему, он не просто целовал, он завоевывал и брал.
И Тара с удовольствием отвечала ему также жадно, несдержанно и искренне, едва ли не растворяясь в нём, требуя большего. Его умелые пальцы дотронулись до клитора, играя с ним.
- Ты так хороша.
Жесткие волоски его щетины, чувственно царапали нежную кожу соска. Миллион новых ощущений нахлынули на неё, отчего она выдохнула его имя и прижалась к мужчине крепче, забывшись.
- Да, крошка, - шептал он - Вишенка, ты почти готова кончить. Дождись моей команды, и я подарю тебе наслаждение, которого ты никогда прежде не испытывала.
Ох, поскорее бы! Как же ей этого хотелось. Каждый нерв был напряжен до предела, она дрожала в ожидании, и даже задержала дыхание. Готовая отдать ему всё, о чём он попросит.