– То есть, во всем виноват я? – удивляюсь я и прибавляю скорость. Скорей бы добраться до города! И найти того, кем можно подкрепиться.
– А кто еще? – разводит руками Айлин. Тут же морщится и закусывает губу.
– Как насчет моего братца?
– Его поступок лишь реакция на твое нежелание нести ответственность, – с уверенностью говорит она.
– Как быстро ты нашла для него удобное оправдание, – по-настоящему злюсь я. Мне неприятно, что она на его стороне. – Хочешь убедить себя, что все не так уж и плохо?
– Вовсе нет. Лишь говорю то, что ты и сам знаешь, – говорит Айлин, и отворачивается к окну.
– Я бы предпочел, чтобы ты помолчала, – глядя на дорогу, холодно произношу я. – Сделай такую милость.
Айлин поджимает губы и, прижавшись виском к стеклу, закрывает глаза.
Когда мы въезжаем в город, моя выдержка подходит к концу. Не могу больше ждать. Останавливаю машину напротив старого жилого дома с черными от времени рамами окон. Прошу Айлин ждать меня здесь и никуда не выходить. Она даже не удостаивает меня взглядом. Обиделась. Не надо было наезжать на нее. В конце концов, этот день был не самым лучшим в ее жизни. Потом поговорю с ней.
Быстрым шагом иду в сторону подъезда. Дворник сметает в кучу опавшие листья. Метла тихо шуршит по асфальту, но для меня это как рычание бензопилы над ухом. Бросаю взгляд на человека. Ему пятьдесят, он худощав, лицо покрыто глубокими морщинами из-за долгого пребывания на солнце.
– Милейший, – обращаясь с улыбкой к нему, произношу я, – не окажите ли вы мне любезность?
– Да, конечно, – с готовностью отзывается тот. – Что вы хотите?
– Подчинись мне, – приказываю я, глядя ему в глаза.
Внушение срабатывает. Затаскиваю его в небольшой переулок, чтобы любопытные ничего не увидели из своих окон. Выпускаю клыки и прокусываю ему артерию. Пью с жадностью, едва не захлебываясь. Моя жертва быстро слабеет и начинает медленно оседать. Приходится держать его за ворот. Еще один глоток, еще… Но голод продолжает жечь. Шорох шагов заставляет меня вздрогнуть и обернуться.
В двух шагах от меня стоит Айлин. Взгляд полон смятенья и ужаса. Из глаз вот-вот брызнут слезы. Она закрывает ладошкой рот и хочет убежать. Опускаю бездыханного дворника на землю. В одну секунду оказываюсь перед девушкой, не давая ей уйти. Беру ее за плечи, она вздрагивает всем телом. Я причинил ей боль. Делаю шаг назад. Ее рука опускается вниз, губы трясутся.
– Какого черта ты здесь делаешь? Я кому сказал ждать в машине? – набрасываюсь на нее я.
– Я подумала, что тебе может быть плохо. Ты ведь ранен, – отвечает Айлин, опуская глаза.