На миг воцарилась тишина. Я не знала, что сказать, не могла принять происходящего. Даже если он действительно пытался спасти других, все равно ничего не сделал, чтобы прекратить этот ужас!
— Боги, Лэкорил, не будь такой наивной! – неожиданно с досадой воскликнул мистер Горан, будто поняв, какие мысли сейчас крутятся в моей голове. – Один человек не может просто взять и одним щелчком пальцев изменить устоявшие многолетние устои.
— А я попытаюсь! – без тени улыбки заявила я. – Обязательно сделаю все, чтобы изменить этот несправедливый мир. Изменить отношение к темным и всем магам, не имеющим за спиной сильного рода. Мы не разменные монеты в ваших играх!
— Ох уж эта юношеская крайность, — тяжело вздохнул мистер Горан, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза. — Мечты — это хорошо, но они должны быть чем-то подкреплены.
— Я поднимусь настолько высоко, что передо мной склонятся все маги! – решительно заявила, сжимая кулаки. – И тогда я создам свои собственные законы и правила.
— Монархической особой, что ли, стать надумала? – с легкой иронией улыбнулся учитель.
Вот только я не шутила.
— Если потребуется, да. Все равно наш король не будет править вечно. Рано или поздно мы проиграем. Тарота не согласится на наши условия, и если король не уступит, подавит числом. В любом случае, недалек тот день, когда мы станем ее частью.
— И что? – с искренним интересом поинтересовался мистер Горан, даже открыв глаза и подавшись вперед. – Кан Роту свергнуть планируешь?
— А что? – я фыркнула. – В Тароте в порядке вещей, когда трон занимает не наследник, а самый сильный маг страны, да и, насколько мне известно, когда-то титул императора – являлся почетным воинским званием! Только могущественный и властный человек мог им стать. Притом у Кан Роты нет детей, вроде как поговаривают, будто он бесплоден. Значит, его в любом случае свергнут!
— Забавно слышать такие далекие планы от девочки четырнадцати лет.
— А мне забавно, что такой сильный маг, как вы, готов смириться со столь несправедливым положением дел. Конечно, ведь легче всего просто развести руками и сказать, что один человек ничего не сможет. Как раз с одного все и начинается!
— Тогда, считай, что нас уже двое, — с улыбкой проговорил мужчина. – Я поддержу тебя в любом начинании, даже если ты решишь пойти против самих богов.
Я удивленно посмотрела на учителя. Он выглядел решительным и серьезным. В желтых глазах ни искорки насмешки. Не шутит.
Внутри потеплело. Мне просто необходимы были эти его слова. Знать, что есть тот, кто верит в тебя. Кто не воспринял все как пустые, ничего не значащие слова.