Максим пересел на своё место у прохода, прислушиваясь к своим ощущениям. Радость обладания неплохим мышечным каркасом не проходила. Хотелось что-то делать, заниматься физическими упражнениями, играть в футбол или на крайний случай просто двигаться. Однако в самолёте особенно не поиграешь в футбол, и Максим переключил мысли на другие темы.
– Командир, - наклонился к его уху Штирлиц, - что это он тебе делал?
– Массаж, - односложно ответил Максим.
– Давление подскочило? Я слышал, что такой массаж снимает головную боль.
– Снимает.
– А мне он то же самое не повторит?
– И мне, - всунул голову между спинками кресел Кузьмич.
– Отставить галдёж! - сказал Максим без раздражения, но строго. - Он не работает штатным массажистом конторы. Прилетим, я сам сделаю всем массаж головы.
Подчинённые переглянулись и отстали. Скорее всего они поняли командира по-своему, зато больше не приставали.
В Москве группу встретили двое посыльных из Отдела, которым Разин и сдал сопровождаемый объект. Монах-экстрасенс уехал, бросив на Максима странно задумчивый взгляд. Но майора это не огорчило, он всё ещё находился под воздействием «внутреннего наркотика» - эйфорического прилива сил, и думал не о предупреждении монаха, а совсем о другом.
Высадили его у метро «Сокол», где он снимал квартиру после развода с женой два месяца назад. И первое, что сделал Максим, - позвонил Марине.
К сожалению, близкими их отношения так и не стали. Обоим мешал «хвост» воспоминаний (ему меньше, ей больше), заботы, некие условности, моральные установки, привитые «правильными» родителями. К тому же ещё были свежи в памяти эпизоды совместной жизни: Максима с Варварой, Марины с Вадимом. Известный закон психологии: помнится чаще всего только хорошее, плохое забывается быстрей. Вдобавок ко всему у Марины была дочь, которая всё понимала, и травмировать её психику встречами с «чужим дядей» Марина не хотела, так как до конца не разобралась в своих чувствах к Максиму. И тем не менее обоих тянуло друг к другу, и они изредка находили время, не чаще двух раз в месяц, чтобы встретиться.
– Привет, - сказал Максим с забившимся сердцем, услышав милое «алё». - Как дела?
По-видимому, она обрадовалась звонку, потому что голос женщины дрогнул:
– Привет. Я уж думала, ты меня забыл, не звонишь уже почти месяц.
– Всего полторы недели и два часа. Но ты же знаешь афоризм: если вам долго не звонят родственники или друзья, значит, у них всё хорошо.
– У тебя всё хорошо?
– Я соскучился. Очень!
– Странно, с чего бы это?
– Погода весенняя.
– Ну, разве что.
– Боюсь показаться навязчивым, но почему бы нам не встретиться сегодня вечерком? Сходим в ресторан, посидим, побеседуем.